Eng | Рус | Буряад
 На главную 
 Новости 
 Районы Бурятии 
 О проекте 

Главная / Каталог книг / Литература и искусство / Литература / Об авторах

Разделы сайта

Запомнить меня на этом компьютере
  Забыли свой пароль?
  Регистрация

Погода

 

Законодательство


КонсультантПлюс

Гарант

Кодекс

Российская газета: Документы



Не менее полезные ссылки 


НОЦ Байкал

Галазий Г. Байкал в вопросах и ответах

Природа Байкала

Природа России: национальный портал

Министерство природных ресурсов РФ


Рейтинг@Mail.ru

  

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Автор гимна Байкалу - Дмитрий Давыдов

Автор:  Суханов О.
Источник:  Номер один. – 2005. – 9 нояб. – С.9.

Давыдов Дмитрий Павлович (1811, г. Ачинск   1888, г. Тобольск)   сибирский по-эт и просветитель, автор ряда исследований по этнографии и археологии. Занимался педагогической деятельностью, краеведением. Изучал быт якутов, бурят-монголов, эвенков. Автор «Якутско-русского словаря» (в. 1, 1843). В историю вошел как автор стихотворения «Думы беглеца на Байкале»   ныне песня «Славное море   священный Байкал». В стихах Давыдова, отмеченных местным сибирским колоритом, исполь-зованы народные предания, выражена симпатия поэта к народам Сибири. В ого по-эме «Ширэ гуйлгуху, или Волшебная скамеечка» (1859) сочетаются автобиографиче-ские черты с фантастическими элементами, заимствованными из бурятских пове-рий.

Историческая родня

Из старинного дворянского рода Давыдовых сразу трое попали в историю XIX века: Денис, Владимир и Дмитрий.
Первый, Денис, известен подвигами во время партизанской войны против Наполеона. Стал гусарским генералом. Второй, Владимир, геройски сражался на Бородинском поле и был тяжело ранен, а в 1825 году вышел на Сенатскую площадь и разделил участь декаб-ристов. Отбывал каторгу в Иркутской губернии. Третий, Дмитрий, стал первооткрывате-лем. Его имя вошло в число исследователей Сибири.
Все трое обладали поэтическим даром. Денис Давыдов, воспев застолье и воинское братство гусар, стал признанным поэтом России. Стихи Владимира менее известны   ред-кие дошли до нас из усольских соляных копей, а вот Дмитрий стал автором строк, кото-рые поют по сей день.

Встреча с Сибирью

Обедневший дворянин из Рязани Павел Давыдов с молодой женой держал путь в Си-бирь «с научной и просветительской целью». Он направлялся в Иркутск, но пришлось за-держаться в Ачинске: у жены начались роды. С появлением на свет мальчика, которого окрестили Дмитрием, чета осела в уездном городке, и здесь прошло все детство будущего поэта.
В Иркутск Дмитрий приехал в восемнадцать лет   сдавать экстерном экзамены за гим-назию. Он показал блестящие знания и получил звание учителя. Математический дар да-вал право поступления в столичный университет, но Дмитрия манили глухие сибирские края.
Поэт в записках напишет: «Я посвятил себя занятию, к которому чувствовал призвание и, смею думать, усилия мои к распространению грамотности, смягчению нравов и развитию умов моих воспитанников не остались без последствий».
Восемь лет Дмитрий учительствовал в Кяхте. Пограничный городок в ту пору процве-тал, здесь скрещивались торговые пути, останавливались путешественники и богатые купцы. От них и ждали новостей в кружке местной интеллигенции, которая издавала ру-кописный журнал «Кяхтинский литературный цветник» и в шестьдесят экземпляров газе-ту «Кяхтинская стрекоза». Давыдов в этих изданиях публиковал свои первые поэтические опыты.
Столкнуться с суровой сибирской действительностью ему пришлось с переездом в Якутск. Отсюда после многолетних наблюдений Давыдов стал писать статьи в петербургскую газету «Золотое руно», и его заметил академик А. Ф. Миздендорф   руководитель Северо-Восточной Сибирской экспедиции. Он дал Давыдову несколько поручений по исследованиям. В Якутии Дмитрий задержался на год, несмотря на лестное приглаше-ние в Верхнеудинск на должность смотрителя окружных училищ. Позднее в Бурятии у Давыдова появилась возможность полностью включиться в работу Сибирского отдела Русского географического общества.
Жизнь на Севере не прошла даром: издается его первый выпуск «Якутско-русского словаря». Отважный путешественник исходил таежными тропами сотни верст, побывал во многих неизвестных местах:
На лыжах я в дремучие леса
Ходил один, с винтовкой за плечами.
Унижет ночь звездами небеса  
Разрою снег привычными руками
И в нем смежу усталые глаза.
Из Петербурга пришла грамота: «За особые труды по части этнографических изысканий, во внимание к усердию его на пользу Сибирского отдела сказанного общества, изъявлена ему благодарность».
В стихах Дмитрия находили выход порывы души. В 1858 году «Золотое руно» опубликовало стихотворение Давыдова «Думы беглеца на Байкале», и вскоре удивительным образом стих стал народной песней.

Рождение гимна

...В селенгинской пойме, что зовется Сором, Дмитрий сидел на песчаном берегу, заваленном омулевыми бочками и обрывками сетей, и в смрадном воздухе гниющей рыбы смотрел на Байкал, слушал рассказ старого бурята, как перебираются на другую сторону беглые каторжники в таких бочках с попутным баргузинским ветром. Давыдов слушал и представлял человека в бочке среди пляшущих по воде белых барашков.
Поэт писал:
«Беглецы с необыкновенной смелостью преодолевают естественные препятствия в дороге. Они идут через хребты.гор, через болота, переплывают огромные реки па каком-нибудь обломке дерева; и были примеры, что они рисковали переплывать Байкал в боч-ках, которые иногда находят на берегу моря, в которых обыкновенно рыболовы солят омулей».
Песню запели арестанты на этапах, ямщики в пути, приискатели, мастеровые. Еще при жизни автора народ вносил в нее изменения на свой лад, переиначивал строчки: в припеве появилось удалое «Эй!» вместо «Ну, баргузин...», и гордое предупреждение «Слышатся грома раскаты» вписал народ.
В 1858 году в Петербурге вышел первый поэтический сборник Давыдова, он стал известен далеко за пределами России. О байкальской одиссее каторжника просвещенная Ев-ропа впервые узнала в переводе Дюпре де Сен Мора «Славное море...». В книге «Образцы русской поэзии», переведенной на английский Джоном Баурингом. имя Давыдова стоит рядом с Жуковским, Крыловым и Пушкиным.

Послесловие

Внучка Давыдова Евсталия Вячеславовна Клепцова жила в Иркутске, она и хранила наследие поэта.
Стихотворения и поэмы поэта «Якутские силуэты», «Тунгус», «Жиганская Аграфе-на», «Думы о покорении Сибири»,   из поэмы об Ермаке, «Ширэ Гуйлуху, или Волшебная скамеедка», автобиографическая «Поэтические картины» и составили содержание книг, переданных правнучкой Иркутскому краеведческому музею.
О последних годах жизни автора гимна Байкалу внучка хорошо знала из рассказов ба-бушки Людмилы Петровны. Она была второй женой деда и моложе его на много лет, но оказалась настоящим и верным другом.
...После тридцати лет службы в Министерстве народного просвещения Дмитрий Пав-лович ушел в отставку. Его привлекали хромофотография, идея воздушного телеграфа, на столе стоял макет фантастического крылатого корабля. «Воздушная лодка с управляющим рулем»,   написал он на обложке толстой тетради, страницы которой заполнены столби-ками цифр, чертежами, расчетами... В разгар работы произошло несчастье   Давыдов не-ожиданно ослеп. Ему подсказали, что в Тобольске есть целители такой болезни, и он с семьей поехал туда. А еще мечтал завершить поэму о Ермаке. Сложившиеся строки не-зрячий Давыдов диктовал жене или дочери, потом ему их перечитывали, а он делал по-правки. Так целиком под диктовку была завершена поэма «Поэтические картины».
В XX веке стихи Давыдова издавались только однажды, в 1937 году в Иркутске. Ти-раж имел всего три тысячи экземпляров и стал библиографической редкостью. Творческое наследие Дмитрия Давыдова не изучено.
Меньше чем через пять лет после первой публикации, в 1858 году, песня «Думы бег-леца на Байкале» была зафиксирована собирателями фольклора. Варианты песни записы-ваются и сейчас. Как нередко бывает, эта песня еще при жизни автора была по-своему «отредактирована» народом. Текст сокращен более чем наполовину, из него исключены длинноты, неудачные строфы. Песня о славном море Байкале и ныне одна из самых лю-бимых и распространенных народных песен, выдержавшая испытание временем.

Славное море   священный Байкал
(Думы беглеца на Байкале)
Первоначальный вариант

Славное море   привольный Байкал.
Славный корабль   омулевая бочка.
Ну, баргузин, пошевеливай вал,
Плыть молодцу недалечко.
Долго я звонкие цепи носил:
Худо мне было в горах Акатуя.
Старый товарищ бежать пособил,
Ожил я, волю почуя.
Шилка и Нерчинск не страшны теперь:
Горная стража меня не видала,
В   дебрях   не   тронул   прожорливый
                                                             зверь,
Пуля стрелка миновала.
Шел я и в ночь, и средь белого дня,
Близ городов я проглядывал зорко.
Хлебом кормили крестьянки меня,
Парни снабжали махоркой.
Весело я на сосновом бревне
Вплавь чрез глубокие реки пускался.
Мелкие речки встречалися мне –
Вброд через них пробирался.
У моря струсил немного беглец:
Берег обширен, а нет ни корыта.
Шел я каргой   и пришел наконец
К бочке, дресвою залитой.
Нечего думать   Бог счастья послал:
В этой посудине бык не утонет:
Труса достанет и на судне вал,
Смелого в бочке не тронет.
Тесно в ней бы жить омулям.
Рыбки, утешьтесь моими словами:
Раз побывать в Акатуе бы вам –
В бочку полезли бы сами.
Четверо суток верчусь на волне,
Парусом служит армяк дыроватый.
Добрая лодка попалася мне,
Лишь на ходу мешковата.
Близко виднеются горы и лес,
Буду спокойно скрываться за тенью,
Можно и тут погулять бы, да бес
Тянет к родному селенью.
Славное море   привольный Байкал,
Славный корабль   омулевая бочка...
Ну, баргузин, пошевеливай вал...
Плыть молодцу недалечко!

Назад в раздел






СПРАВОЧНАЯ СЛУЖБА

Национальная библиотека Республики Бурятия

Научно-практический журнал Библиопанорама

Охрана озера Байкал 
Росгеолфонд. Сибирское отделение   
Туризм и отдых в Бурятии 
Официальный портал органов государственной власти Республики Бурятия 





Copyright 2006, Национальная библиотека Республики Бурятия
Информационный портал - Байкал-Lake