Eng | Рус | Буряад
 На главную 
 Новости 
 Районы Бурятии 
 О проекте 

Главная / Каталог книг / Электронная библиотека / Охотничье-промысловые ресурсы

Разделы сайта

Запомнить меня на этом компьютере
  Забыли свой пароль?
  Регистрация

Погода

 

Законодательство


КонсультантПлюс

Гарант

Кодекс

Российская газета: Документы



Не менее полезные ссылки 


НОЦ Байкал

Галазий Г. Байкал в вопросах и ответах

Природа Байкала

Природа России: национальный портал

Министерство природных ресурсов РФ


Рейтинг@Mail.ru

  

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Состояние и использование животных Бурятии

Автор:  Охотнадзор по Республике Бурятия

Ресурсом  охотничьего хозяйства являются  охотничьи животные ( птицы и млекопитающие)  находящиеся в состоянии естественной свободы, добываемые в процессе  промысла  и  спортивной   охоты. В. В. Дежкин  (1975) провел ревизию списка животных – объектов охоты. Он предложил так называемую категорию полуохотничьих животных. Из 120 видов млекопитающих, относившихся прежде в бывшем СССР к охотничьим, имеются основания не считать  объектами охоты 72 вида, к полуохотничьим отнесено 15 видов. Из  150- 170 видов охотничьих птиц объектами охоты признано 79, полуохотничьими – 16.
Применительно к Российской Федерации В.В. Дежкин составил  список 69 видов охотничьих и полуохотничьих млекопитающих, из них к числу основных объектов охоты отнесены 14 видов, имеющие существенное охотхозяйственное значение – 12, играющие определенную роль (преимущественно  региональную) – 25 видов. Значение остальных 18 видов в охотничьем хозяйстве невелико. Из 92 охотничьих и полуохотничьих птиц ведущая роль принадлежит 17 видам, а существенная – 10, определенная – 34 и малая – 31 вид (Дежкин и др, 1978 г.).
Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 декабря 1995 г. № 1289 « О перечне  объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты» утвержден перечень объектов животного мира в Российской Федерации. В него вошли 50 видов млекопитающих и 15 видов и популяций птиц.    
В   Бурятии  объектами  охоты  являются 28  видов  млекопитающих,      6 видов  боровой дичи (куриные) и около 30 видов водоплавающих птиц.
Основу пушного промысла составляют – соболь (Martes zibellina), обыкновенная белка (Sciwrus valgaris L.), ондатра (Ondatra zibethica L.), колонок (Mustela sibiricus Pall), горностай (Mustela erminea L.); среди копытных объектами охоты являются - лось (Alces alces L.), благородный олень (Cervus elaphus L.), косуля сибирская (Capreolus pygargus Pall), северный олень (Rangifer tarandus L.), кабан ( Sus scrofa L.), кабарга (Moschus sibiricus Pall); главные объекты промысла  и спортивной охоты  в группе боровой дичи – глухарь обыкновенный (Tetrao urogallus L.), каменный (Tetrao urogallus Midd), обыкновенный тетерев (Lyrurus tetrix L.), рябчик ( Bonasa bonasia L.),  белая куропатка (Lagopus lagopus L.), даурская (Perdix daurical); среди водоплавающей дичи к наиболее распространенным  охотничьим видам относятся – кряква (.Anas platyrhynchus L.), серая утка (Anas strepera L.), свиязь (Anas penelope L.), шилохвость (Anas acuta L.), чирок – свистунок (Anas crecca L.) и другие. В группе «крупные хищники»  объектами исследования стали бурый медведь (Ursus arctos L.), волк (Canis lupus L.) и рысь (Felis lynx L.).
В последующем обзоре принят порядок повидового описания экологического  состояния  основных  охотничьих животных, с выделением  групп животных, дающих сходную продукцию. Крупные хищники описаны отдельно как фактор, частично влияющий на состояние популяций диких копытных животных и как виды представляющие интерес экономический и как самостоятельный охотничий трофей.
          


Пушные виды


Пушному промыслу и состоянию ресурсов пушных зверей посвящено много различных публикаций, однако большинство из них содержат данные о добыче, заготовках в Российской Федерации вообще и в частности в Восточно-Сибирском регионе (Дежкин и др, 1974; Соколов, 1979; Швецов и др., 1984; Муратов и др., 1990).
Достаточно обширные сведения о пушном промысле и ресурсах пушных зверей в исследуемом нами регионе представлены в работах М.Н.Смирнова (1968); М.А.Шаргаева (1975); А.А.Атутова, В.П.Москвитина, И.Б.Тармаева (1982); В.П.Москвитина, А.А.Атутова (1985). Между тем, четко очерченные  задачи исследования и его фактическая направленность предопределили выборочный  характер использования литературных источников. По нашему мнению, более углубленный анализ  пушного промысла и состояния его ресурсов  представляют собой предмет дальнейших исследований.

          
               Соболь (Martes zibellina L.)

Все таежные угодья в современных границах Бурятии в 30-х годах XVIII века были заселены соболем, что подтверждает анализ ясачных и таможенных книг (Монахов , 1960). Резкое снижение численности соболей отмечено спустя столетие. К началу XIX века ареал соболя в Бурятии состоял из ряда очагов, с продолжающимся  его дроблением.
В начале XX  века, на фоне общей депрессии численности соболя,  начали проявляться влияния новых негативных факторов: строительство кругобайкальской железной дороги и рост  народонаселения, применение более совершенных орудий и способов лова, рост спроса на шкурки соболя, а также лесные пожары. В результате длительного и неумеренного промысла ареал соболя в начале XX века был в Бурятии очаговым, а сам вид под угрозой уничтожения. Для сохранения соболя был принят ряд мер: запрет его промысла в 1913 – 1916 г.г., создание в 1916 году Баргузинского заповедника  и в 1928 году соболиных заказников – Голондинского, Выдринского и Кабанского, ограничение сроков охоты (Бакеев, Монахов, 1986).
В 1935 г. соболь сохранился на территории Бурятии в 4 разрозненных  очагах. Самый крупный – на территории Баргузинского заповедника. Более мелкие на хребте Хамар-Дабан, в верховьях р.р. Снежная, Переемная, Мишиха, а также на хребте Улан-Бургасы – по р. Турке и р. Итанца (Надеев, Тимофеев, 1955). Численность зверков была исключительно низкой, заготовки шкурок почти прекратились.
Для восстановления ареала и ресурсов соболя на территории Бурятии в 1930-1950 гг. был проведен целый комплекс мероприятий. В этот период запрет на промысел соболя на всей территории Бурятии существовал, в общей сложности,  12 лет. Также на 3-5 лет закрывали охоту  на соболя в районах расселения и не проводили её в районах с низкой плотностью. В 1940 г. впервые в стране, в том числе в Бурятии, начали применять лицензионный  отлов.
Одним из главных мероприятий была реакклиматизация  соболей. На территории республики в 1930-1958 гг. было расселено 674 зверька (Кирис, 1973). Все соболя для расселения отлавливались  в административных границах республики. Наиболее серьезная задержка в восстановлении численности соболя была в двух больших по площади местах, хребте Хамар-Дабан и на Витимском нагорье в Баунтовском аймаке. На эти районы приходится основное число реакклиматизантов – в том числе Хамар-Дабан – 228 (33,8 %  от всех расселенных) и Баунтовский аймак с сопредельным Еравнинским-274 ( 40,7 %). Все другие выпуски в Бурятии в эти годы имели локальное значение.
Для расселения в другие регионы Сибири и Дальнего Востока из Бурятии в 1939-1953 гг. было отправлено 1664 соболя (Атутов и др., 1982). Система работ по восстановлению запасов соболя обеспечила рост численности и площади обитания соболей в Бурятии и позволила проводить сначала заготовки шкурок в небольшом объеме, а  впоследствии наращивая объемы заготовок. С 1932 по 1998 гг. в республике заготовлено 228,1 тыс. шкурок соболей. Среднегодовые заготовки за 57 лет составляли около 4 тыс. шкурок.
Анализируя заготовку шкурок по годам, можно обозначить 5 периодов в этом процессе. Первый период – 1932 – 1951 гг. – начальный. Численность соболя в этот временной промежуток  была нестабильной.  От очень низкой, в начале 30-х, в результате вышеназванных мер, она стала нарастать. В 1941 году в семи районах республики был открыт промысел, но из-за перепромысла численность вновь снизилась. Следующие  заготовки проводились уже после окончания запрета в 1950 году. Промысел вели в 17 районах. С этого времени численность стала стабильно нарастать, а с ней параллельно - заготовки. Заготовки соболя были максимальные во второй период – с 1952 по 1968 гг. За 17 лет заготовлено более половины всего объема – 119 тыс. шкурок (52,2 %). В охотсезоне 1961/1962 гг. было заготовлено наибольшее количество шкурок за всю историю промысла в Бурятии – более 15 тыс. шт. Численность соболя в 1956 году в Бурятии по данным В.В. Тимофеева была около 22 тыс. шт.
Численность соболя в 1960-е годы  здесь оценивалась в 25-30 тыс. шт. (Бакеев, Монахов, 1986). Этими же исследователями, а также А.А. Атутовым и др. (1982), пиком численности обозначен 1961 год. Именно до этого года шел интенсивный рост  поголовья соболя в Бурятии.
Резкий спад заготовок произошел чуть позднее- в 1969 году. Низкий уровень заготовок характерен для этого периода вплоть до 1984 года. В среднем заготавливали по 3,2 тыс. шкурок (от 2,4 до 3,8). За 16 лет заготовлено лишь 50,2 тыс. шкурок (22,0 %). Причина снижения заготовок – в перепромысле. Численность соболя в этот период оценивалась по годам от 12 до 13 тыс. Затем следует непродолжительный период 1985-1988 гг. со средним уровнем заготовок – 5,3 тыс. в год. За 4 года заготовлено 21,4 тыс. шкурок. Численность соболя в этот период оценивается выше,   по сравнению с   предыдущем периодом,  на 20-30 %,  от 16 до 17 тыс. Росту численности  способствовало сочетание  благоприятных  экономических и экологических факторов. Экономическая   нестабильность  с  одной  стороны,   и   крайне   неблагоприятные  кормовые  условия  в  1988 - 1989 годы, послужили  началом  периода, продолжающегося  и  в настоящее  время, с  наименьшим  уровнем  заготовок. За последние 10 лет заготовлено 27,05 тыс. шкурок. Среднегодовой уровень заготовок – 2,7 тыс. шт., что меньше аналогичного показателя в 1952-1968 гг. в 2,8 раза, 1985-1988  -  в 2,3 раза.  Численность соболя в 1989-1998 гг. последовательно снижалась: 1989-1994гг. она составила 14-15 тыс. шт., в 1995-1997 гг. – 11-12 тыс. шт. Таким образом, в настоящее время можно констатировать уменьшение численности соболя на опромышляемой  территории, в сравнении с наиболее благоприятными 60 годами, в 2,2 –2,6 раза.
Современная численность соболя находится на уровне минимума периода 1985-1988 гг. Оптимальная же численность, как показывают расчеты, должна быть больше почти в 2 раза.
Такое положение  с ресурсами  соболя и заготовками шкурок сложилась из  совокупности основных факторов: чрезмерного пресса добычи (легальной и нелегальной)  и реализации шкурок на нелегальных рынках сбыта.    
Интенсивность опромышления соболей в республике в настоящее время не ослабевает. При определенном снижении пресса промысла в отдаленных северных районах усилилась нагрузка добычи зверька в примагистральных территориях.  Добытые соболи в заготовительную систему попадают в непропорционально малом объеме, в основном оседая  на руках у охотников. Фактическая добыча в последние годы может быть оценена в республике, включая районы  с запретом и угодья с выделенными лимитами отлова, выше уровня заготовок в 2-2,1 раза и составляет 4-4,5 тыс. голов. Оседание к числу заготовленных равно 100 – 110 %. Одна из причин сложившейся ситуации – неэффективное ценообразование. Перед охотником постоянно стоит альтернатива:  либо сдать пушнину заготовительной организации, либо реализовать её на «сторону» по цене 2 – 3 раза, а иногда и в 5 раз превышающей закупочную.
Вторая причина – охотники зачастую добывают пушнину в таких условиях, такими средствами и при таких затратах труда, что окупить их закупочные цены не в состоянии.
Учитывая индивидуальный характер труда охотников, следует признать, что нейтрализовать «черный рынок» административным путем в полной мере невозможно.
Согласно проведенного анкетирования  районных охотоведов республики, в последние 10 лет популяцию соболя наиболее сильное отрицательное влияние оказывает браконьерство – в 8 районах из 14 лесные, пожары – в 5, промысел – в 2, рубки древесины – в 2 районах. В ряде районов отмечен комплекс негативных антропогенных воздействий: в Курумканском районе -  все вышеперечисленные, в Кижингинском районе – рубки и пожары, в Селенгинском – промысел и браконьерство. Помимо этого в каждом районе в меньшей степени, но сказывается влияние практически каждого из этих факторов. В первую очередь, повсеместно ощутимо воздействие браконьерства. В республике, согласно данных анкетирования 14 районов, кроме 226 охотников, законно добывающих соболя, 380 -  добывают незаконно. Особенно усугубляется положение в угодьях без выделенного лимита на отлов в таких районах, как Мухоршибирский, Кяхтинский, Джидинский, Закаменский, Еравнинский. На практике это выглядит  так – десятки охотников выезжают на промысел других пушных видов и зачастую, как свидетельствуют опросные данные, незаконно добывают соболя. Таким образом, депрессия, из-за которой не выделяется лимит в этих угодьях, закономерна  и принимает затяжной характер. Службе охотнадзора при всех усилиях в настоящее время удается в борьбе с браконьерством на соболя достичь очень скромных результатов. По 14 районам за последние 3 года охотинспекцией пресечено 6 случаев браконьерства и 8 – незаконного оборота шкурок соболя. В тоже время, как в третей части  районов ситуация с браконьерством признается как приобретшая массовый и угрожающий характер.
Из  общей  площади  земельного  фонда  в республике - 35000 тыс.га, за 41 охотпользователем в 1997 г. было закреплено 28080, 6 тыс.га (80,2 %) , за госрезервфондом – 2337,2 (6,7 %).  Промысел соболя в 1997 – 1998 г.г. вели  20  охотпользователей  на общей  площади 20236,1 тыс.га, что составляет 72,1 % от закрепленных охотугодий. Площадь свойственных  угодий  соболя на  этой территории  в  настоящее  время – 12573 тыс.га. В 1970-1980 годах соболя  добывали  на площади 15000 – 16000 тыс.га.  Таким образом,  сокращение равно около 2500-3500 тыс.га или,  другими  словами,  на 16,6 - 21,8 % и отражает тенденцию сокращения численности соболя. Депрессия соболя в настоящее время  наблюдается в целом ряде территорий, в том числе в угодьях Хоринского, Еравнинского, Джидинского и Закаменского районов, где ранее заготавливали шкурки соболя. С 1988 – 1990 гг. официально промысел здесь не ведется, плотность  очень  низкая – менее  0,5 особей  на 1 тыс.га, и  на около 50 % этих угодий,  по  данным  опросов,  соболь отсутствует. Площадь  обитания сократилась  и  в угодьях, где ведется в последние годы заготовка – Курумканском, Селенгинском и др.
Для   восстановления   локальных   популяций соболя в 1987 – 1991 годах  в  Бурятии   проводили   расселение   (Сутула, Носков, 1996).   Всего было   выпущено   76   зверьков,  в  том  числе  в  угодьях  Хоринского  района – 49,  Бичурского – 18,  Закаменского – 9 шт.  Реализация  этих  работ  способствовала   поддержанию   местный  популяций соболя. По данным анкетирования, в 5 районах из 14  в   настоящее время имеется необходимость в  проведении  подобной  работы в объеме  90 – 105 зверьков.    В Байкальском  заповеднике в 1987 – 1991 гг. было отловлено и поставлено на расселение в республике  и за ее пределы 89 соболей и в настоящее время имеется достаточный  опыт и сырьевая база. Но работы по расселению не ведутся с 1991 года из-за отсутствия средств.
За особо охраняемыми территориями в республике, где обитает соболь, на 1997 год закреплено 1948,2 тыс.га ( 5,5%  от земельного фонда ), в том числе за 22 заказниками различного уровня – 1036,2 тыс.га ( 6,7% ), I  национальным парком – 267 тыс.га ( 0,8% ), 3 заповедниками – 645 тыс.га ( 1,8% ). Для сохранения соболя общепризнана  роль заповедников как резерватов ресурсов и воспроизводственного ядра (Гусев 1961, 1966, Черникин 1970, 1974 и др.). В том числе Байкальского – на Хамар-Дабане, Баргузинского – Северо-Восточном Прибайкалье. Среднегодовое количество  мигрантов и охотничьи угодья, например, из Байкальского заповедника оценивается в 150 особей (Попов, Сутула, 1991) показана исключительно высокая роль Баргузинского заповедника для популяции соболя в регионе.
В большинстве районов Бурятии есть заказники и воспроизводственные участки. Однако опросные данные показывают, что роль их как резерватов значительно снижена из-за браконьерства.
В последние 10 лет в Бурятии трижды отмечали миграции соболей в массовом масштабе – 1988-1989 гг., 1993-1994 гг., 1996-1997 гг. Как известно они были вызваны высокой плотностью зверьков в отдаленных таежных угодьях при недостатке основных кормов – низкой численности мышевидных грызунов, неурожая ореха кедра и кедрового стланика, плодов и ягод, а также ранними и сильными снегопадами. В ходе миграции  наблюдалось появление соболя в совершенно не характерных для них биотопах,  вблизи населенных пунктов. Зверек охотно шел на приманки и, соответственно, увеличился браконьерский пресс охоты, незаконная добыча при максимально малых затратах. Наблюдения показывают, что годы с полным неурожаем  основных кормов соболя на больших площадях в последнее время становятся все чаще в Бурятии, и в особенности в Северо-Восточном Прибайкалье (Черникин, 1996 г.).
По наблюдениям на территории Бурятии и результатам анализа проб в последние годы отмечена тенденция изменения колорографической  структуры соболя в большинстве районов. Прежде всего изменение идет в сторону посветления меха соболей и увеличения доли амурского кряжа. В этой области необходимо провести специальные исследования. Сегодня также необходимы научные сведения для оценки состояния популяции соболя и прогнозирования численности, в том числе по подвижности, динамике численности, половозрастной структуре, кормовой базе, физиологическому состоянию и репродуктивному процессу.      



             Белка (Sciwrus valgaris L.)

В Бурятии обитает забайкальская белка, занимая горные  лиственичные леса из даурской лиственницы, а также кедровые, сосновые и лиственично-сосновые лесонасаждения. По данным Д.Н. Данилова (1950) в продуктивности лесных угодий беличья группа занимала 77 %, мелкие куньи – 11%. Заготовка шкурок белки для охотничьего хозяйства республики имеет большое значение и в общем заготовительном балансе по стоимости занимает от 60 до 80 %.
Промысел белки издавна играл важную роль в обеспечении   занятости местного населения. Белка – хорошо изученный вид, её экологии в Сибири посвящено много работ (Соловьев, 1922; Кирис, 1973; Тимофеев и др., 1967; Павлов, 1989; Павлов, Смышляев, 1969).
По данным И.Д. Кириса  (1962) забайкальской белке свойственна большая   продолжительность  и значительная  амплитуда  многолетних циклов численности. Это подтверждается динамикой заготовок её шкурок,  которая отличается значительными колебаниями.
В.П.Москвитин, А.А.Атутов (1985) показывают общую тенденцию снижения уровня заготовки белки в целом по ареалу и по отдельным его географическим районам. Ряд исследователей к решающим причинам этого явления относят совокупность влияния биологических  и экологических факторов.
К.Д.Нумеров (1963), М.А.Лавов (1959) указывают, что доминантом в данной совокупности выступают биологические факторы, в частности, увеличение ареала и численности соболя. В.В.Тимофеев (1967), И.П. Карпухин (1967) считают, что определяющее значение в снижении заготовок шкурок белки имеет экономический фактор – недостатки в организации беличьего промысла, в непропорциональной разности заготовительных цен на шкурки соболя и белки, уменьшением ресурсов в результате промышленных рубок и пожаров.
К числу биологических факторов, являющихся следствием экономических факторов Павлов, Смышляев (1967) относят результаты более чем 20-30-летнего хронического недопромысла белки, что могло иметь место в изменении генетической структуры популяции, которое приводит к изменению её свойств, сказываясь на численности. В.П. Москвитин, А.А. Атутов (1985) к наиболее вероятным факторам снижения уровня заготовок белки в Бурятии относят совокупность влияния биологических и экономических факторов. Экономический фактор – это сокращение общей численности охотников, структурные изменения их состава, непродолжительность сроков их пребывания на промысле белки, изменение характера и способов промысла, а также неполнота освоения площади охотничьих угодий вследствие недостатка жилья и транспортных средств.
Анализ деятельности заготовок белки за 68 лет в Бурятии относительно динамики заготовок её в стране показывает, что колебания  заготовок происходят на фоне «известного общего снижения численности белки, связанного с сокращением угодий и с изменением роли беличьего промысла в народном хозяйстве страны» (Шварц, Михеев, 1976).
Необходимо отметить, что выводы вышеуказанных авторов о факторах, влияющих на состояние численности и уровень заготовок белки  относятся к периоду до начала социально-экономических реформ в России 1985 года, которые определили высокий процент оттока заготовленных шкурок на «чёрный рынок» (от 50 до 100 %) к легально фиксируемому объему заготовок.
С начала  1980-х г.г. до 1990 г. заготовки белки в республике с учетом закономерных колебаний численности имеют стабильную тенденцию и практически отражают реальный уровень её отстрела. С 1992 г. в итоге изменений организационных форм охотничьих хозяйств, развал сложившейся системы закупа охотничьей продукции, уровень заготовки белки падает: в 1994 году до 67,2 тыс.шкурок, что равно уровню её заготовок в 1992 году (60 тыс.шкурок). С 1995 г. с учетом цикла «урожайности» и подъема численности белки идет рост её заготовок. Тем не менее, по расчетам специалистов значительное количество шкурок белки оседает у охотников.
Располагая, как вид, высоким биологическим потенциалом, белка подвержена высокой степени эксплуатации, т.е. изъятие по отношению к запасу.
Даже при самой высокой интенсивности промысла, которая возможна в хвойных лесах, вряд ли  можно  добыть такое количество особей, которое по числу будет превышать прирост  за сезон размножения. В условиях горных темнохвойных лесов юга Восточной Сибири отстрел 90 % особей в фазе пика численности не усугубляет последующую депрессию  численности (Павлов, 1989). За анализируемый период, несмотря на различный уровень антропогенных нагрузок на среду обитания (рубка леса, пожары), каких-либо ограничений в Бурятии на добычу белки не вводилось. Предполагая ежегодно самую высокую интенсивность промысла белки на территории охотничьих хозяйств в период социально-экономических реформ 1990-98 г.г. с учетом значительного колебания уровня цен, определяющих в этот период спрос на её шкурки на «черном рынке», необходимо отметить, что данные учетных работ не показывают резкого снижения численности вида. Немаловажным  фактором  в сохранении «ядра» популяции вида на наш взгляд являются государственные заповедники и заказники поскольку на их территории охота на белку запрещена.
Однако  для рационального ведения промысла белки важное значение имеет прогноз движения её численности в регионе. Его можно составить путем несложного анализа небольшой биопробы  из популяции (до 200 шт.), собранной во время промысла  по таблице структурных показателей. На основании прогнозных данных  устанавливается норма добычи. В первый год роста  численности она не должна превышать 20-30 % предпромысловой численности, в последующие годы – фазы роста – 40-55 % и пика численности – 60-80 %. В годы депрессии промысел белки следует ограничивать  сроками охоты.                                         
      
             Ондатра (Ondatra zibethica L.)

Ондатра относится к числу охотничьих животных успешно акклиматизированных в нашей республике. В 1932 году в водоемы Тункинского и Северобайкальского аймаков Бурятской АССР было выпушено 470 ондатр. В последующие годы  (1934-1940) с целью ускорения процесса акклиматизации этого вида интенсивно проводилось его расселение.  Общая численность отловленных и выпущенных особей составила более 3,8 тыс. голов (Атутов и др., 1982).  Реакклиматизационные  работы с ондатрой проводились в Бурятии и в более поздние сроки.
Успешно прошла акклиматизация ондатры в дельте р. Селенги, которая завезена туда в 1936 году из Тункинского района. Благоприятные природные условия дельты с обильной кормовой базой и хорошими защитными условиями позволили за короткое время расселиться ондатре на всей территории дельты.
В Северобайкальском районе ондатра была выпушена в пойменные озера Средне-Ангарской котловины. К осени 1935 года общая численность ондатры здесь достигла 9,0 тыс. Последующие годы характеризуются еще большим приростом поголовья ондатры. Так по данным Северо-Байкальского ондатрового хозяйства количество зверьков к осени каждого года было следующим: 1936г – 12,7,  1937 –34,5,  1938 – 57,5 тыс. шт. (Дмитриев , 1974).
Отлов и заготовка шкурок ондатры началась с 1935 года.
По производительности и продуктивности все ондатровые угодья Бурятии Б.А.Дмитриевым (1969) условно подразделены на три зоны: южную (долина реки Иркута и дельта реки Селенги), здесь добывалось по 9-10 ондатр с 1 га., в отдельных водоемах до 75 зверьков с 1 га.; центральную (долина рек Турки и Баргузина), где в годы наиболее высокой численности  выход ондатры не превышал в среднем 3,4 шт. с 1 га. и северную (река Верхняя Ангара и Витимское плоскогорье), для которой характерна  низкая продуктивность водоемов, в силу недостатка растительной пищи в глубоководных участках. Выход ондатровых шкурок не превышает 1,3 шт. с 1 га угодий.
Дельта р.Селенги  является наиболее перспективной частью водоемов для развития ондатроводства в республике.


Динамика заготовок шкурок ондатры в дельте
р. Селенги (1935-1974 г.г. по среднегодовым показателям),
(1975-1999 ежегодная добыча) тыс.шт.



Год    Заготовлено шкурок     В % к общему объему заготовленных шкурок в Бурятии    


1935-1944    8,94    14,4    1986    48,1    55,6
1945-1954    56,0    31,0    1987    82,7    68,0
1955-1964    57,7    30,4    1988    58,8    78,5
1965-1974    37,0    49,0    1989    17,9    54,4
1975    38,4    52,7    1990    45,6    70,1
1976    37,8    53,4    1991    12,1    37,6
1977    25,1    52,8    1992    36,5    63,8
1978    40,5    58,1    1993    20,4    57,9
1979    4,6    21,7    1994    40,0    79,3
1980    12,4    42,3    1995    11,0    28,8
1981    20,7    42,0    1996    26,0    56,1
1982    25,7    48,1    1997    19,7    58,9
1983    7,3    26,8    1998    7,3    42,4
1984    7,4    18,3    1999    5,6    35,0
1985    32,2    41,1    2000    26,1    63,0

С 1980 по 1990 г.г. из общего количества заготовленных шкурок ондатры в среднем 54,5 % приходится на дельту р.Селенги, с 1991 по 1999 г.г. – 53,1 %. За последние 20 лет (1979 – 1999 г.г.) пик заготовок шкурок ондатры в дельте р.Селенги приходится на 1987 год – 82,7 тыс.шт., минимум – 1982-1983 г.г., когда заготовлено соответственно  7,3 и 7,4 тыс. шкурок и в 1998 г. – 7,3 тыс.шкурок.
Устойчивый и высокий уровень заготовок шкурок ондатры во всех зонах республики отмечался в течение двух десятилетий после акклиматизации.
Многолетняя практика ведения ондатроводства показывает, что рост численности в пределах биологической возможности этого вида систематически  тормозится  воздействием ряда природных и антропогенных факторов, среди которых следует выделить:
-    промерзание водоемов, чередование многоводных и засушливых лет, паводки. Отмечено, что во второй половине летнего периода (конец июля –август) увеличивается приток воды в реках Селенга, Баргузин и  Верхняя–Ангара,  усугубляя условия размещения второго выводка, при этом часто  в полноводные годы численность молодняка ондатры второго помета практически не сохраняется;
-    эпизоотии  (туляремия), зараженности гельминтами (Носков и др., 1979, Пронин и др.,  1983);
-    влияние наземных хищников (лисица, колонок), пернатых хищников (камышовый лунь).
В последние годы значительное влияние на численность ондатры оказывает её нерациональное использование и полное прекращение проведения биотехнических мероприятий на водоемах. Огромный спрос на шкурки и изделия из меха ондатры послужил толчком для процветания браконьерства. Оседание шкурок у штатных ондатроловов достигает 30 и более процентов. Значительная часть ондатры добывается в подледный период. Прорубая хатки вылавливают  практически всех зверьков. Это приводит к примерзанию до 60 % всех хаток. Вследствие  браконьерства в Кабанском районе заготовки минует 40-50 % добываемой ондатры (Комаров, 1979).
По нашим наблюдениям в последние годы этот уровень достигает 70-80 % к уровню легальных заготовок.
Существующую прямую зависимость уровня динамики заготовок ондатры от степени  водности водоема отмечают в материалах охотустроительной экспедиции  института «Союзгипролесхоз» (1971). А.В. Комаров (1975) отмечает, что после наполнения Иркутского водохранилища и подъема уровня воды в Байкале была  затоплена третья часть лучших ондатровых угодий.
Исходя из этого, найдена величина ущерба охотничьему хозяйству в зависимости от затопления,  стабилизации и  подтопления новых площадей при  форсировке уровне воды в Байкале (Тулохонов и др. 1996). В последние годы, ежегодно в среднем потери ондатры составляют   31,5 тыс. шт., если принять наименьшую рыночную стоимость одной шкурки в 25 руб., то общая величина ущерба ондатровому хозяйству составляет 787,5  тыс.руб., при рыночной стоимости  в 100 руб.  ущерб увеличивается в 4 раза.
Развитие ондатроводства в республике будет зависеть от уровня охранных, воспроизводственных и биотехнических мероприятиях  относительно современных условий  обводненности ондатровых угодий и уровня её эксплуатации.  Опыт ондатроводства показывает, что продуктивность ондатровых угодий колеблется от 2 до 7 шкурок с 1 га угодий и находится  в прямой зависимости от степени биотехнического воздействия, именно поэтому главным направлением в ондатроводстве Бурятии  на современном этапе должна стать:
-   разработка комплексных  методов  рационального использования  ресурсов этого вида, в том числе выяснение причин падения продуктивности ондатровых угодий и изучение экологической и биотехнической эффективности тех или иных воспроизводственных мероприятий. Главным остается организация охраны ондатровых угодий.
Необходимо констатировать, что интродукция ондатры в биоценозы республики полностью оправдалась. С начала заготовок государству сдано около 6 млн. шкурок при общей численности отловленных и выпущенных, с целью увеличения населения животных, в пределах 3 тыс. голов.


             Колонок  (Mustela sibiricus Pall)

Колонок в Бурятии, в пределах, типичных для вида стаций, распространен довольно  широко.
В таежных, лесостепных и горных районах его можно встретить по долинам рек, ручьев, распадкам, каменистым россыпям , зарослям кедрового стланика, зарастающим гарям,  вырубкам, по берегам рек и озер, в куртинах кустарников. В глубинной темнохвойной и смешанной тайге встречается редко, скорее случайно, чем постоянно, поскольку не выдерживает стациальной и пищевой конкуренции с соболем. На это указывал, в хр. Хамар-Дабане М.А.Лавов (1958) и на хр.Баргузинском – П.И.Мартынов и др.(1960). В гольцах и сухих степях отсутствует.
Учеты колонка в Бурятии до начала 1990-х годов практически не проводились. Поэтому сведения о динамике его численности можно получить по колебаниям  заготовок  шкурок, в которых прослеживается определенный ритм.
Таблица 3.
Динамика заготовок шкурок колонка в Бурятии
по среднегодовым показателям (тыс.шт.)

Годы    Среднегодовые показатели
1925-1934    8,9
1935-1944    7,7
1945-1954    3,9
1955-1964    4,9
1965-1973    3,8
1971-1980    2,6
1981-1991    4,3
1992-1999    1,7

Так, с 1925 по 1944 г.г. среднегодовой уровень заготовок шкурок колонка составлял стабильную величину, в период 1945-1973г.г. их заготовки снизились почти в 2 раза и составляли в пределах 3,8 тыс.шкурок (Москвитин, Атутов, 1985).
По нашим исследованиям среднегодовой показатель заготовок шкурок колонка в период 1971 – 1988 г.г. составлял 2,6 тыс. шкурок. В дальнейшем до 1992 года динамика заготовок с колебаниями имеет тенденцию увеличения и среднегодовая добыча периода 1981 – 1992 г.г. составляет 4,3 тыс. шкурок. Этому способствовало увеличение закупочных цен на пушнину. С 1992 года идет снижение заготовок, которые в среднем за год составляют 1,7 тыс. шкурок (период 1992 – 1998 г.г.)
Промысел вида практически не организован, ведется попутно с промыслом других  зверей. Запасы недоосваиваются.

Динамика численности и  заготовок шкурок  колонка
в Республике Бурятия (1994-1998)

    Ед. изм.    1994    1995    1996    1997    1998    1999
Численность    голов    12000    11000    11400    18500    13900    11800
Добыча шкурок    шт.    1702    701    2400    2000    1000    1500
% поступления в заготовки от численности        14,0    6,3    21,0    10,8    7,1    7,9

Преобладающий  ружейно-ходовой способ промысла колонка не способствует наиболее полному освоению ресурса. Планирование и нормирование  промысла  производится  по результатам заготовок предыдущего  сезона.
Приведенные показатели заготовок шкурок колонка практически отражают истинное положение уровня его добычи, т.к. «оседание» шкурок вида незначительное.
Поскольку колонковые шкурки своеобразны по качеству меха и пользуются большим спросом, а волосы хвоста идут на изготовление художественных кистей высшего качества – промысел колонка должен быть организован на рациональной основе. Для этого, прежде всего, необходим ежегодный учет численности  зверька, планирование и нормирование уровня его добычи.


               Горностай (Mustela  erminea L.)

Прежде горностай был одним из важных объектов пушного промысла. В 1932-1941 г.г. в Прибайкалье и Забайкалье в среднем за год заготавливалось около 27 тысяч шкурок горностая,  в 1956-1965 г.г. – почти в 5 раз меньше, а в 1970 г. – в 8 раз. В бассейне Байкала промысел  горностая в 1933 году достигал до 4000 шкурок, в 1960 -  500 и в 1970 – 100. В 1980 г. заготовки несколько возросли, но точные данные о них отсутствуют (Швецов и др., 1984).
В Бурятии, в период 1931-1940 г.г. среднегодовая добыча горностая составляла  4400 шкурок, 1941-1956 г.г. – 684, 1957-1968 г.г. – 1018 , 1969-1984 г.г. – 1312, 1991-1999 г.г. – 579  шкурок.
Достоверный учет численности горностая в Бурятии начал проводиться с начала 1990-х годов.
Данные показывают, что численность горностая в республике  возросла в 1997 году,  хотя  значительных  увеличений  уровня заготовок шку-
рок нет. Наоборот, в 1999 году идет снижение  заготовок шкурок вида. На наш взгляд это связано с оттоком шкурок вида на «черный рынок».


Показатели численности и добычи горностая
в Республике Бурятия (1995-1999г.г.)

    Ед. изм.        1995       1996    1997    1998    1999
Численность Голов        8000       8750    22000    12900    15140
Добыча    шкурок        700       800    900    950    430
% поступления
в заготовки от
численности         8,7       9,1    4,0    7,3    2,8

Вместе с тем, по данным Ю.Г. Швецова  и др.(1984), изменение уровня заготовок горностая часто связано не с подъемом его численности, а с интенсивный перемещением зверьков, когда резко возрастает их добыча. Спады заготовок могут быть в равной степени  связаны с депрессией  численности и уменьшением подвижности, обусловленной обильной кормовой базой.
Это подтверждается  широтой распространения вида. Горностай в Бурятии  обитает в горно-таежных, лесостепных и подгольцовых биотопах, по каменистым  россыпям, проникает в пояс гольцов. Рубки леса благоприятны для горностая. Однако четко прослеживается, что в темнохвойных лесах и чистых кедровниках горностай редок. Горностая почти нет в местах с высокой численностью соболя.
Промысел горностая ведется попутно с другими видами, что не способствует  полному освоению угодий и запасов вида. В частности, в районах зоны БАМ можно увеличить заготовки на 30-40 %.
Основой планирования добычи горностая должны стать систематический  учет и контроль за состоянием популяций.



Копытные животные


Одними из наиболее ценных охотничьих животных, с точки зрения продукции охотничьего промысла и получения трофеев, являются дикие копытные. В Российской Федерации обитает 22 вида диких копытных, из них 7 являются представителями фауны республики.
Копытных животных добывают преимущественно  ради мяса, хотя эти звери дают еще и шкуру (сырье для кожевенной промышленности) и исходные продукты для лекарственно-технической переработки (панты, хвосты и др.). Легальные заготовки мяса этой группы животных в Бурятии колеблются  до 100 тонн ежегодно (статотчеты охотуправления).
Ресурсы копытных млекопитающих республики используются во многом нерационально. Отстрел нередко производится с нарушением установленных правил, нуждаются в научном обосновании  объемы и структуры охотничьего изъятия животных. Широкое распространение в регионе, особенно в последние годы получает развитие нелегальной, стихийной охоты, при которой  погибает много наиболее ценных зрелых животных, приводя к постепенному снижению продуктивности популяций (Смирнов, 1980). Это мешает правильному планированию эксплуатации ресурсов и их хозяйственному использованию в интересах республики.
В 1961 году были заложены основы мониторинга диких копытных Бурятии посредством ежегодного проведения авиаучета, которые продолжались до начала 90-х годов  и прекратились из-за отсутствия средств. На протяжении 15 лет их осуществлял доктор биологических наук профессор М.Н.Смирнов, которым были разработаны аэровизуальные маршруты полетов применительно к характерным стациям диких животных в различных орографических районах республики.
Как показала практика прошедших лет авиаучет диких животных является одним из методов  получения достоверных данных о численности диких копытных.
В настоящее время оценка численности диких копытных осуществляется по методике зимнего маршрутного учета (ЗМУ).


                Лось (Alces alces L.)

В Бурятии обитает один из наиболее крупных из четырех известных в стране географических форм   –   восточносибирский  лось.
По республике лось распространен неравномерно. В Восточном Саяне – он редок. Обитает по всему Хамар-Дабану, охватывая северный склон Малого Хамар-Дабана и западную часть Джидинского хребта. Малочисленен на Малханском, Кудунском хребтах и на Цаган-Хуртэе. Широко распространен в более северных районах республики: по Улан-Бургасу, Икатскому, Байкальскому, Баргузинскому горным  поднятиям. Редко встречается на полуострове Святой Нос. Типичный обитатель Витимского плоскогорья, Северо-Байкальского и Станового нагорий.
Прежде этот зверь жил в ныне окультуренных долинах Селенги, Джиды, Баргузина, Иркута, Кудуна, в депрессиях Селенгинского  среднегорья. Кроме найденных здесь ископаемых «кухонных остатков», об этом свидетельствует П.С.Паллас (1773) описывая облавные охоты в районе п.Селенгинск одноименного аймака, вблизи устья Чикоя в XVII в., где водилось множество лосей, особенно по реке Куйтунке.
Сто лет назад в ряде мест Бурятии лоси были многочисленны. Например, в конце 50-х годов XIX в. в Баргузинском округе три человека загнали по насту и убили 60 лосей, а жители села Горячинск за короткий срок, тоже по насту, добыли 200 животных (Лаврентьев, 1891).
После гражданской войны ввиду того, что у населения осело большое количество винтовок военного образца, а охота контролировалась слабо, численность лося под влиянием неумеренного отстрела резко снизилась. В 1937 году его отстрел был запрещен, однако в годы войны немало лосей было добыто  специальными командами воинских частей. Только с ведением в 1950 году единого порядка отстрела лосей охота на этих животных приняла более умеренный характер. Население их быстро росло и достигло пика в начале 1960-х годов. В 1940-х годах ресурсы лося в Бурятии составляли около 5 тысяч, а в 1963 г. их численность возросла до 10 тыс. особей  (Смирнов, 1982).
Начиная с 1960-х годов, в Бурятии вновь усилился пресс охоты на лосей. Это было связано с созданием  леспромхозов и расширением сети лесных дорог. Поэтому, в 1975 г. в Бурятии вновь был введен пятилетний запрет промысла лося. Если, в 1948 – 1952 г.г. в Бурятии ежегодно легально отстреливали в среднем 47 лосей, а в 1963 – 1967 г.г. – 369, то в 1975 г. (к установлению запрета) всего лишь 67 голов. В настоящее время численность лося по данным ЗМУ находится в пределах 6,0 – 6,5 тыс., составляя в среднем 0,4 особи на 1000 га свойственных мест обитания зверя. Анализ динамики численности лося в период 1964-1998 г.г. показывает небольшую тенденцию роста численности, но  с 1980 года отмечаются незначительные колебания. Вместе с тем, в последние годы прослеживается ежегодное недоосвоение  установленного лимита отстрела в пределах 50 %, снижение квоты добычи, невыборка хозяйствами лицензий, что дает основание  полагать о высоком нелегальном отстреле животных и недостоверности данных учета в отдельных районах.
Средние показатели зимней стадности лосей имеют определенные региональные отличия, что отражает особенности природной обстановки и динамику популяций зверей в разных участках такого сложного в географическом и флористическом отношениях региона. Зимой группы лосей  изредка достигают четырех – шести особей, большая часть животных (90%) держится по одному, парами или тройками. Средний многолетний показатель зимней стадности в целом по республике равен 1,8 (Смирнов, 1982).
Сезонные стации лося в Бурятии определяются кормностью угодий. В районах обитания лось предпочитает  хвойные молодняки, сосновые, лиственничные леса, осинники, особенно тяготеет к зарастающим вырубкам и гарям, зарослям различных видов низкорослых  берез, кустарникам, лугам и речным долинам, марям и болотам.
Летом жизнь лося во многом связана с озерами и реками. В Забайкалье отдельные озера постоянно посещают до 25 особей, а всего в регионе насчитывается более 15670 озер, кормовой ресурс которых ограничен. (Дицевич, 1981).
Стациальное распределение животных, помимо кормовых условий в Бурятии определяется также высотой снежного покрова и воздействием человека. В районах, где высок  пресс браконьерской  охоты  на лося  (Кабанский, Прибайкальский, Джидинский, Закаменский, Еравнинский, Баунтовский), в последние годы лось придерживается глухих мест и концентрируется на территории Энхалукского, Снежинского, Прибайкальского, Таглейского, Кондинского заказников и Джергинского, Баргузинского, Байкальского заповедников.
В глубокоснежных районах (Северобайкальский, Баргузинский, Курумканский, Селенгинский и др.) звери совершают сезонные миграции. С многоснежного Баргузинского хребта лоси уходят на зиму на запад в зону Подлеморья  и на восточные склоны  в районы «снежной  тени» (Насимович, 1955; Устинов, 1962). С хребта Хамар-Дабан они откочевывают на 100-120 км. на его южные склоны. Зимние скопления зверей известны и во многих других районах Бурятии, однако далеко не все особи и не каждый год совершают кочевки (Смирнов, 1982).
Численность лося в последние годы  неуклонно и очень быстро сокращается во многих областях России (Глушков, 1995; Ломанов, 1995; Тихонов, 1997; Данилкин, 1996, 1997, 1998). Ученые и практики выдвигают две гипотезы  цикличности динамики населения лося  в России, особенно в её европейской части.
Ряд исследователей (Ломанов, 1988, 1995) полагают, что существует естественная цикличность колебаний  численности лося, вызванная глобальными изменениями  климата и сукцессиями растительности и проявляемая с диапазонами 90-120, 40-60(30-35), 10-15(14-18) лет (по Данилкину, 1999). По данной гипотезе  численность лося определяется преимущественно ежегодным количеством побегов наиболее качественных кормов, таких как ива и осина, рост которых  зависит от количества осадков, запаса влаги в почве и т.д., то есть колебание запаса наиболее ценных для лося кормов имеют метеорологическую зависимость. Предполагают, что колебания в запасах кормов вызывают циклы в динамике населения лося с такой же периодичностью.
Сторонники второй гипотезы – Данилкин (1999), Смирнов (1999), Собанский (1992), Железнов (1999) и др. считают, что  основными факторами определяющими современную динамику населения лося в России являются антропогенный (главным образом – охота), который  налагаясь на пресс крупных хищников и неумелое управление популяциями, имеющими место на фоне резкого изменения экономических отношений, ухудшения уровня жизни населения и кризиса охотничьего хозяйства, обуславливают снижение численности животных.
Отсутствие в Бурятии специальных исследований, доказывающих  четкую  цикличность в динамике населения лося и её прямую зависимость от солнечной активности и  трофического фактора, не дает нам оснований выдвигать данную гипотезу  в качестве фактора сокращения поголовья лося и размеров его добычи.
Проведенные нами исследования показывают, что в Бурятии основными причинами снижения добычи лося и  вероятного снижения его численности явились такие, как повышение интенсивности браконьерства, увеличение поголовья волков и неадекватность  промысловых  нагрузок  уровню численности.
Избирательность волка при добыче лося по нашим данным не прослеживается. Так, из  18 случаев добычи волком лосей  на территории Еравнинского и Баунтовского районов были 6 взрослых особей. Определить больных и истощенных животных среди жертв волка было невозможно.
Численность волка и лося считают относительно сбалансированными, если их соотношение в популяциях близко к 1:30 (Pimlott 1970, Mech,1970). В Бурятии это соотношение равно 1:3,6.
По характеру влияния  на динамику численности лося браконьерство в Бурятии является одним из ведущих факторов. По опросным данным  в исследуемом регионе на 100 добытых лосей легально приходится от 60 до 100 лосей добытых  браконьерским путем. Особенно истребительной является добыча лосей из «под фар» автомашин. Нами прослеживается также биологическая деградация  популяций лося. Этот факт требует дополнительного изучения.
В Бурятии в сезон охоты 1999 – 2000 г.г. добыча лося была запрещена на территории Заиграевского, Хоринского, Джидинского, Еравнинского административных районов республики.
Лось взят под охрану на территории 13 заказников. Численность его на этих особо охраняемых территориях около 500 особей. Вместе с тем принимаемых мер для восстановления численности недостаточно.
Главным на современном этапе в стратегии управления популяцией лося в Бурятии должны стать  такие меры, как:
-    усиление борьбы с волком;
-    усиление борьбы с браконьерством;
  -   совершенствование системы мониторинга и разработка селективных подходов добычи вида.
Эти рекомендации, как часть научной  программы  управления популяциями лося воплощены в практику в Скандинавских странах. Достигнуты значительные результаты.
В Швеции в XVIII - начале  XIX   в.в. при практической круглогодичной бесконтрольной охоте  лось был почти истреблен. При реализации научной программы охраны и эксплуатации лося его добыча в 1925-1929 г.г. составила 2902 особи, в 1930-х г.г. – 6776, в 1940-х г.г. – 12263,  в 1950-х г.г. – 23724, в 1957 г. – 28345, в 1959 – 32286, а в 1998 – 92217. Значительных результатов по управлению популяциями лося достигли Финляндия и Норвегия (по Данилкину, 1999).


                 Благородный олень (Cervus elaphus L.)

В Бурятии благородный олень – один из важнейших и традиционно используемых человеком видов диких парнокопытных млекопитающих.
Подвидовая принадлежность благородных оленей региона разработана недостаточно. Однако К.К.Флеров (1952) и М.Н.Смирнов (1984), основываясь на полевых наблюдениях и изучении экстерьера благородных оленей региона, склонны полагать, что олени Бурятии  занимают промежуточное положение между маралом и изюбром, но по морфологическим признакам  стоят ближе к маралу.
Олень распространен  во всех относительно пригодных для обитания таежных угодьях, но главным образом сосредоточен  в шести  природных районах, таких, как бассейн рек Курба, Она, Турка, Ямбуй, Баргузин, Витимское плоскогорье, Северо-Байкальское нагорье, юго-западный Хамар-Дабан и Джидинский хребет. Особенно высока его численность на Витимском плоскогорье, юго-западном Хамар-Дабане, Северо-Байкальском нагорье. Современный ареал благородного оленя в бурятской части бассейна Байкала характеризуется мозаичностью. Олень предпочитает главным образом горно-лесной, субальпийские ландшафты, а также лесостепи. Звери тяготеют к степным вкраплениям среди леса, сонцепечным склонам гор («убурам»,  марянам), разнотравным лесам, гарям и вырубкам. Олени совершают сезонные миграции в природных районах с глубоким снеговым покровом и живут оседло, где снежный покров неглубок.
Коэффициент стадности животных является своеобразным индикатором состояния популяции животных. В течение года его средние показатели существенно меняются. Так по материалам М.Н.Смирнова (1984) (наблюдения 814 животных) в среднем наиболее высоки они зимой (2,6 особи в группе), весной – 1,4; летом – 1,5; осенью - увеличиваются до 2,0. Наиболее крупный табунок маралов, 11 зверей, состоящий из самок и их потомства, был отмечен им в марте 1966 г. в бассейне р. Снежной.
Нами при проведении авиа - учетных работ (1987 г.) в Северо-Байкальском  нагорье было встречено стадо в 17 голов. В этот же период коэффициент стадности популяции изюбра составила 3,6 – 4 головы. Плотность на  1000 га колеблется  от 0,8 до 1,2 особи (материалы ЗМУ). В местах зимней концентрации показатель плотности оленей колеблется от  8 до 42 особей на 1000 га (Смирнов, 1980).
На период 1923-1926 г.г. в Бурятии был объявлен запрет  на добычу благородных оленей, повторившийся затем в 1928 – 1930 г.г. После этого отстрел оленей  регламентировался. Хищническое отношение к популяции оленей продолжало проявляться в местах, где она оставалась относительно обильной.
Введение платных лицензий на отстрел копытных (1958) сыграло определенную положительную роль при  использовании  поголовья благородного оленя, а увеличение площадей зарастающих вырубок и гарей способствовало расширению территорий его пастбищ. В результате после продолжительных депрессий, нижний предел численности, которой  приходился на 30-40-е годы ХХ в., поголовье начало расти, и к 1970 годам увеличилось более чем в 2 раза. В 1930 – 1950 г.г. ресурсы оленя в Бурятии составляли около 3,0 тыс., а к 1970 г. достигали уровня 8,0-10,0 тыс.особей (Смирнов, 1984).
В дальнейшем,  практически до 1990 года, численность оленя остается на одном уровне при незначительных колебаниях и с 1991 года имеет тенденцию роста, с 1994 года учетные данные показывают снижение численности оленя в ряде районов республики за счет усиления нелегальной добычи и роста численности волка.


Динамика численности благородного оленя
в Республике Бурятия по данным авиа и наземных
учетов 1961-1999  (тыс. особей)

Годы        Численность
                  (тыс.особей)    Годы    Численность
                                                                (тыс.особей)
1961    12,0    1980    12,7
1962    13,0    1981    13,0
1963    9,0    1982    13,5
1964    10,0    1983    12,0
1965    10,0    1984    12,5
1966    9,0    1985    10,5
1967    8,5    1986    10,7
1968    10,0    1987    11,0
1969    10,0    1988    11,6
1970    10,0    1989    12,0
1971    10,0    1990    -
1972    10,5    1991    13,3
1973    10,8    1992    17,1
1974    12,0    1993    15,8
1975    12,0    1994    12,6
1976    12,3    1995    12,0
1977    12,5    1996    11,8
1978    12,5    1997    18,8
1979    12,7    1998    18,0
        1999    17,8

В 1997- 1998 г.г. по данным учета идет резкий рост. По оценке специалистов  это произошло из-за завышенного показателя  следов при проведении ЗМУ в отдельных районах. Невозможность резкого увеличения численности благородного оленя в 1997 году подтверждают данные его  добычи  за 7-летний период, где прослеживается  уменьшение объемов добычи  вида с 820 в 1992 году до 283 в 1998 году. Сокращаются объемы отстрела оленя «на реву» со 118 в 1992 г. до 17 в 1997 г. и 18 особей в 1998 г. Значительное снижение уровня добычи вида «на панты» – 156 в 1992 г. до 2 в 1997 г. определяет установление запрета охоты «на панты» в сезоне 1998 и 1999 годов.
Слабое легальное  освоение ресурса идет на фоне низкой продажи лицензий хозяйствам.


                 Благородный олень

Анализ половозрастной структуры  добытых в Бурятии, в сезоне охоты 1997-1998 г.г. и 1998-1999 г.г. благородных оленей показывает  высокий процент (от 50 до 73 %) отстрела взрослых особей, что говорит об избирательности промысла репродуктивной части популяции.
Вышеуказанные данные дают основание утверждать, что в настоящее время популяция благородного оленя в Бурятии находится в депрессивном состоянии.
К основным факторам, определяющим состояние численности вида, относятся:
1. Хищничество волка – нашими исследованиями установлено, что в условиях бурятской части Байкальского региона волк давит свою жертву независимо от  её  физического состояния,  пола и  возраста*,  в  больших количествах  и чаще  чем других копытных, живущих в тех же биотопах.
*По нашим наблюдениям (Смирнов, 1994) крупные хищники действуя совместно с другими природными факторами среды, в меньшей степени затрагивают основу репродуктивного ядра популяции копытных нежели стихийная неконтролируемая охота (Прим.ред.)
По сообщению лесника Парфенова  Г.П. в феврале, марте 1973 года стая из 12 волков в среднем течении р.Муясын выгнали на лед 22 оленя. Во время проведения учетных работ в Джидинском районе (1979 г.) на маршруте протяженностью 40 км. на льду р. Темник и её притока Астай нами обнаружено 3 сброшенных с отстоя взрослых оленя, во время учетных работ по р.Актрагда в Баунтовском районе (январь 1985 г.) на 11-километровом отрезке волками было задавлено 7 изюбрей и 1 лось. По нашим исследованиям на Витимском плоскогорье волки добывают до 10 % населения оленя (Носков, 1980). В Туве от волка ежегодно гибнет около 1000 голов (Смирнов, 1985) на юге Читинской области и Западном Саяне этот вид составляет основу (65-69 %) его питания (Завацкий, 1986; Баранов, Иванов, 1989 – по Данилкину, 1999). Относительное равновесие в популяциях оленей  и волка наблюдается при соотношении 100 : 1 (Pimlott,1970). В Бурятии это соотношение по данным учетов 1999 г. равно 100 : 11.
Бурый медведь, рысь, росомаха приносят в условиях Бурятии значительно меньший вред популяции благородного оленя.
2. Антропогенный фактор – один из главных факторов, который приводит к глубокому изменению структуры популяций, особенно, когда он проявляется в виде браконьерской добычи. Наши исследования показывают, что браконьерский отстрел вида превышает легальный отстрел  в 1,5-2 раза.
Значительный урон популяции благородного оленя в Бурятии в последние годы стала наносить охота «на панты», в период 1976-1980 г.г. среднегодовая добыча изюбря «на панты» в Бурятии составляла 86 голов (она запрещена в сезоне охоты 1998-1999 г.г.), охота «на реву» – лимит  выделенных лицензий ограничен, тем не менее, охота «на реву» требует запрета.  Охота в летний период  с 1999 года - запрещена.
Краткий анализ современного состояния популяции благородного оленя в Бурятии показывает усиление охотничьего пресса в начале 1990-х годов. Предполагая, что в последние годы величина нерегулируемого отхода благородного оленя в Бурятии (браконьерская добыча и гибель от хищников) в совокупности с легальным отстрелом приближается к величине хозяйственного прироста (38,2 % к воспроизводственному стаду, Лавов, 1970) или превышает её (число очагов с такой ситуацией растет – Хоринский, Заиграевский, Северо-Байкальский, Кижингинский, Джидинский административные районы), ситуацию по состоянию популяции благородного оленя в Бурятии можно оценить как кризисную. Необходимо принятие мер дополнительного организационного характера:
- усиление охраны охотугодий и особенно мест сезонной концентрации вида;
-  установление запретов охоты в большинстве районов «на панты», «на реву»; установление запрета охоты в летний период для организации общественного питания;
-  сокращение сроков охоты или запрет её (в сезоне охоты 1999-2000 г.г. охота на изюбря запрещена в 5 районах республик);
-  усиление борьбы с волком и охраны вида на ООПТ, заповедниках и заказниках, где ресурсы вида составляют около 7 % от общей численности оленей в Бурятии. В настоящее время олень взят под охрану на территории 15 заказников и 3 заповедников;
-  разработка стратегии управления популяции благородного оленя через выборочный селекционный отстрел.



                    Сибирская косуля  (Capreolus pugargus Pall)

Из всех крупных млекопитающих Бурятии косуля является наиболее распространенным видом. Её ареал охватывает 30 860 тыс.га.
В южном Прибайкалье она обитает во  всех котловинах Тункинского межгорного понижения, в поясе  светлохвойных лесов по притокам Иркута; в бассейне рек Джиды, Чикоя  встречается  повсюду по лесостепям и лиственичникам; обычна в ерниках долины р. Темника, на Боргойском хребте, Малом Хамар-Дабане. На северных склонах Хамар-Дабана косуля обитает спорадически по поймам речек и ключей. Крайне редка на всем южном и восточном побережье Байкала и бассейне Турки. Держатся звери междуречьях Хилок - Чикой – Селенга, по горным сосновым лесостепям Кударинского, Тамирского, Заганского хребтов, Цаган-Дабане и Цаган-Хуртэе, в верховьях р.Чикой. Постоянно обитает на острогах  хребта Улан-Бургасы, отмечается по ивнякам  дельты Селенги. Отсутствуют в гольцовом массиве и на западном склоне Баргузинского, а также в гольцах Икатского хребтов, но обычны в светлохвойных лесах восточных предгорий Баргузинского хребта и западных – Икатского, в травяных борах севера  Баргузинской котловины. Постоянно обитает косуля на Витимском плато, где заселяет бассейны притоков Витима и верховья Уды. В Муйской котловине живет по подгорным шлейфам Северо- и  Южно-Муйского хребтов. Отмечаются звери также в средней части долины Верхней Ангары, в районе, примыкающем к озеру Иркана, и по рекам Тыя и  Рель, (Смирнов, 1975; Швецов и др., 1984).
Размещаясь по территории, в соответствии с экологическими требованиями, популяции животных образуют не сплошной, а пятнистый ареал. Вследствие той или иной степени пространственной разобщенности, популяции  испытывают различное абиотическое, биотическое и антропогенное влияние. Все это накладывает отпечаток на их  численность, структуру, биоритмы, сезонное биотопическое размещение, поведение, что со временем  может повлечь за собой и более глубокое  отличие функционального и морфологического характера (Смирнов, 1970). В республике им выделено 12 пространственных группировок (популяций) косули ):  
Хилокско-Чикойская,    Витимская    , Верхне-Иркутская, Восточно-Хамар-Дабанская, Онино-Курбинская, Удино-Кудунская, Баргузинская, Муйская,     Прибайкальская, Верхне-Окинская, Северо-Байкальская    
Косуля в Бурятии - традиционный вид охотничьего животного. Вплоть до XIX в. шкуры и мясо косули широко употреблялись местным населением. В настоящее время  промысловый отстрел косули дает до 20-40% общего количества получаемого мяса диких копытных легальным путем.
По сведениям Н.В.Туркина, К.А.Сатунина (1902), в 1895 году в целом по Забайкалью добывалось 12 060, а по западному Забайкалью – 4 180 косуль. К концу  XIX в. с развитием земледелия, скотоводства и уменьшением численности копытных зверей роль охоты у местного населения упала, однако некоторые охотники по Хилку в 1900 году (Пономарев, 1907) на одно ружье добывали до 150 косуль. В начале XX в. Забайкалье добывалось 31 тыс. косуль, в 1911 – 2642 косули, в 1912 – 6040, 1913 – 9676, 1914 – 8805, 1919 – 3000 косуль (Смирнов, 1978).
Однако хищническая охота в прошлом и браконьерство в настоящее время привели к тому, что запасы вида в Бурятии значительно сократились.
Если в 30-х годах нашего столетия численность косули по данным А.С. Фетисова (1953), только в Западном Забайкалье (южная и западная часть республики), составляла 62 тыс. особей, то на начало 60-х годов ресурсы животных по Бурятии составляли 40-50  тыс.  К середине 70-х годов они сократились до 20 тыс. особей.
Сейчас средняя плотность косули по Бурятии составляет  1,7 особей на 1 тыс. га, что ниже оптимальной (10-20 особей на тыс. га) в 6-12 раз (Смирнов, 1978).
Значительное снижение численности косули в Бурятии происходит к 1968 году ( 25 тыс. особей).   До 1975 года также идет снижение численности вида и достигает в 1975 году минимального уровня в цикле  динамики численности  (16 тыс. особей). Далее практически при незначительных  колебаниях численность косули остается низкой и падает в 1987-1988 гг. до 11,9 тыс. особей. К основным причинам сокращения численности вида в данный период мы относим:
-   сокращение площадей стаций  обитания косули (пожары, вырубки);
-  развитие сети леспромхозов, геологических партий, экспедиций, которые в своей деятельности используют косулю как доступный источник питания в любое время года;
- развитие в этот период  ночной  охоты с применением  «лампы-фары».

Наметившаяся с 1990 года тенденция роста численности косули дает основание полагать о выходе отдельных популяций косули, исследуемого региона,  из депрессивного состояния. Рост численности вида в этот период происходит на фоне роста численности волка, хищничество которого является сдерживающим фактором  благоприятного состояния популяций. Так,  по данным М.А. Лавова (1971,1978) в северном Забайкалье волк уничтожает около 30 % популяций, невзирая на пол и возраст. М.Н. Смирнов (1978)  считает, что в 1960 - начале 1970-х гг. в западном Забайкалье вторым после человека по степени воздействия  на население косули фактором являлась рысь, которая в тот период по численности доминировала среди крупных хищников.
Однако в силу социально-экономических условий, сложившихся в регионе после 1990 года  нагрузка   на отдельные пространственные группировки  косули   изменилась в связи    с    невозможностью населения бывать в отдаленных угодьях  (развал системы  геологии, леспромхозов, невозможность приобретения ГСМ многими слоями населения и т.п.). Отмечено появление косули в зарастающих, нераспаханных полях западного  Забайкалья, которые становятся стациями  переживания в зимний период.
В настоящее время в охотничьем хозяйстве Бурятии косуля утрачивает свой промысловый характер - отстрел  вида ради мяса и шкуры. Косуля все больше становится объектом спортивной, трофейной охоты, что является перспективным в системе управления популяции вида.  Она должна  строится прежде всего на :
-    усиление охраны вида через государственную службу (госохотнадзор) и службы охраны охотничьих животных в охотничьих хозяйствах;
-    сокращение численности волка;
-    разработка системы мониторинга за популяциями косули в Бурятии;
-    достижение максимальной биологической продуктивности вида в конкретных условиях его обитания через систему охранных (заказники, заповедники) биотехнических мероприятий и целенаправленного воздействия на половой и возрастной состав косули в организованных хозяйствах;
-    регулирование сроков охоты;
В настоящее время косуля взята под охрану на территории 14 охотничьих заказников и заповедников. Её численность на ООПТ Бурятии составляет более  2,5 тыс. особей (около 8 % от общей численности вида).  



                  Северный олень (Rangifer tarandus L.)

В Бурятии северный олень обитает в горных хребтах с выраженным поясом гольцов. В недалеком прошлом дикие северные олени занимали обширный ареал, распространяясь далеко на юг Бурятии. В настоящее время отмечается разобщение единого ранее ареала на ряд изолированных очагов обитания. По данным М.Н. Смирнова (1981), можно выделить  северобайкальскую, витимскую, муйскую, баргузинскую, икатскую, улан-бургасскую , хамар-дабанскую, окинскую популяции.
По мнению многих исследователей, сказанное является следствием усиления антропогенного пресса – прямого уничтожения животных, а также разрушения мест обитания, лесные гигантские пожары, охватывающие многие  районы Сибири в период развития золотодобычи, прокладки транспортных путей (Москвитин, Атутов, 1985).
По исследованиям Б.Г.Водопьянова (1970) и нашим наблюдениям можно констатировать, что основные  кормовые стации дикого северного оленя полностью восстановились. Между тем, расширение области обитания этого вида не происходит, в силу малочисленности животных в изолированных очагах обитания и чрезмерной отдаленности друг от друга. Более того, происходит постепенная деградация отдельных популяций, в большей степени – улан-бургасской, хамар-дабанской, окинской. Так, А.М.Субботин (1980) в отношении хамар-дабанской популяции  отмечал, что численность её постоянно снижается. Если в 1972 году  количество встреч группы, размером от 1 до 10 особей, составляло 49,9 %, а в 1976 – 63,7 %, то за этот же период количество встреч групп, более 20 особей, снизилось с 33,3 % до 9 % при одновременном снижении доли телят в половозрастной структуре популяции. Это имеет место, когда обширные угодья, пригодные для обитания животных не используются.
Современные местообитания северных оленей в Бурятии слабо затронуты хозяйственной деятельностью человека. Легальный отстрел, начатый в 1962 году, не превышающий 150-200 особей в настоящее время сократился до 40-60 особей. Добыча северного оленя разрешена только в Северобайкальском  районе. Остальные 7 популяций вида занесены в Красную Книгу Бурятии.
Более чем за 30 - летний период  значительных объемов легального от стрела дикого северного  оленя не было. Вместе с тем численность оленя за последние 20 лет имеет тенденцию снижения.                                  
Сокращение численности в лесных популяциях северного оленя Бурятии объясняется в основном браконьерством, хищничеством волка и медведя.
Так по данным Г.В. Новикова (1996) , в Бурятии оленя промышляли в основном в Северобайкальском районе в конце февраля. Более 70 % отстреленных животных составляют беременные самки. Именно официальная   хищническая добыча самок наряду с браконьерством и волчьим прессом привели популяцию в критическое состояние.
Даже из краткого обзора видно, что ресурсы дикого северного оленя в Бурятии находятся в критическом состоянии, именно поэтому проблема сохранения  генофонда локальных  популяций оленя становится актуальной.
Северный олень Бурятии взят под охрану 2 заказников (Снежинский, Фролихинский) и 3 заповедников. Его численность на ООПТ равна 155 особей- 6,8 % от общей численности вида. Стоит вопрос о полном запрете его промысла и в Северобайкальском районе.


                        Кабан ( Sus scropha L.)

Кабан в Бурятии широко распространен. Ареал  охватывает более 26 млн. га.  Встречается в горах Восточного Саяна. На северном, обращенном к Байкалу макросклоне Хамар-Дабана из-за  многоснежья, кабан практически отсутствует, а  на южном живет – по всему его протяжению. Эти звери обитают по Малому Хамар-Дабану и Джидинскому хребту, изредка отмечаются по склонам  Хамбинского, Заганского, Кударинского хребтов, Цаган-Дабану, Цаган-Хуртэю и Улан-Бургасу, заходят в островные леса  междуречье Селенга-Чикой. В Икатском хребте известны места постоянного  пребывания по реке Ине, а заходы вплоть до верховья Баргузина (Смирнов, 1978).
Заболевание чумой играет большую, часто решающую, роль в динамике численности забайкальского кабана. Особенно острые, гибельные для кабанов, эпизоотии наблюдались в 1950-х годах практически на всей территории  Бурятии. В 1930-1940-х годах в основных районах  обитания был обычным, а в бассейне Джиды даже многочисленным видом.
Массовый падеж зверя начался в юго-западном районе Хамар-Дабана и Джидинском хребте в 1950 – 1952 г.г. В 1952 – 1953 г.г. чума свиней  проникла в бассейн Иркута, в 1955 – 1960 г.г. кабаны дохли в Малханском хребте, в 1955 –1958 г.г. на Витимском плато и в бассейне р.Оны. Депрессия численности кабана после массовых падежей приняла затяжной характер.
В восточных высокогорных районах Бурятии немалую роль  в повышенной смертности  кабана играют глубокоснежные морозные зимы, когда много животных гибнет от голода. Во всех случаях, в первую очередь, погибают кабаны сеголетки.  По данным мартовских авиаучетов 1968-1975 г.г. (Смирнов, 1978) наибольшая средняя плотность  населения кабана в Джидинском хребте – 0,88 особи на 1 тыс.га, гораздо ниже – 0,37, в Хамар-Дабане и 0,33 – в Восточном Саяне. Низка она на Восточном плато (0,10) и в Малаханском хребте (0,08).
По данным ЗМУ 1998 – 1999 г.г.средняяя плотность вида в республике составляет 0,4 особи на 1 тыс.га на 30860 тыс.га  типичных для обитания вида угодий.
В последние годы к кабану стал проявляться интерес как к объекту спортивной охоты. Особенно интенсивно кабан осваивается в Прибайкальском, Заиграевском, Хоринском районах. Обычной на него стала охота в Мухоршибирском, Бичурском, Кяхтинском районах по хребтам: Заганскому, Цаган-Дабан, Худунскому, Мухор-Тала.
После 1980 года в Бурятии наблюдается как увеличение численности, так и расширение ареала кабана. За несколько лет вид хорошо освоил угодья Заиграевского, Тарбагатайского, Мухоршибирского районов.
Полученные анкетные данные позволяют сделать вывод, что наибольшее положительное влияние на процесс расселения кабана в Бурятии оказала ситуация, сложившаяся в сельском  хозяйстве. Плохо убираемые в отдельных районах и зачастую  не убираемые вообще посевы зерновых культур создали для кабана устойчивую кормовую базу и позволили ему существовать в малопригодных для обитания вида районах.
Положительным результатом расселения вида в  Тарбагатайском районе оказался выпуск в угодья городским обществом охотников и рыболовов в 1990  году 8 кабанов и последующий запрет на него.
После 1993 года в силу неблагоприятных условий зимовки, резкого сокращения площадей агрокультур и вспышки чумы  численность  кабана в республике сократилась более чем  в 2 раза и упала с 5,4 тыс. особей в 1993 году до 2,0 тыс. особей в 1995 году. Уровень его легальной добычи с 330 особей в 1991 году сократился до 13 в 1995 году. После 1996 года идет медленное восстановление численности кабана.
Поскольку в декабре в Бурятии у кабана активно проходит гон в Бурятии в целях восстановления численности зверя, его правильности использования его ресурсов сокращены сроки  охоты на него. Охота разрешается с 1 августа по 30 октября.
В настоящее время в республике сохраняется тенденция  роста численности кабана.
Кабан, как охотничий вид, взят под охрану на территории 10 охотничьих заказников. Его численность на ООПТ составляет 8,7 % от общей  численности вида в Бурятии.



                    Кабарга  (Moschus moschiferus L.)

В Бурятии кабарга относится к сибирскому подвиду. Распределение ее в горно-таежных угодьях характеризуется как мозаичное.
Ареал этого вида тесно связан с темнохвойными  насаждениями, особенно на юге и западе республики (Закаменский, Тункинский, Окинский районы). В центральной части он приурочен к отрогам Хамар-Дабана, далее на север характерные стации приходятся на Баргузинский хребет. Обширная площадь ареала в почти чистых лиственичниках  Витимского плато.  Значительно меньшую площадь этот вид занимает на Северо-Муйском хребте.
С.К.Устинов (1978), суммируя данные оценки численности и плотности населения кабарги на территории Восточной Сибири, предположительно считает, что на 1000 га обитаемой площади приходится в среднем 5 кабарог. Результаты ЗМУ в Бурятии последних 3-х лет дают средний показатель – 1,4 особей на 1000 га.
До конца 1980-х годов кабарга в Бурятии недоопромышлялась, охота на животных велась попутно, поскольку, добытая, продукция  из-за  низкой приемной  цены на мускусную железу не окупала затрат охотника. Данные о заготовках «струи» в этот период практически отражали уровень добычи вида.
Развитие рыночных отношений, возросший спрос на  струю кабарги и установление высоких цен в короткие сроки определили снижение численности животных по всему ареалу. Тем не менее, несмотря на общую тенденцию снижения численности кабарги в республике, данных ЗМУ 1993-1994 годов показали ее незначительный рост.
На самом деле ситуация с численностью вида вызвала серьезные опасения. Официально разрешенный в это время петельный способ добычи животных при существующем спросе на продукцию стал одним из губительных способов, приводящий к гибели самок и молодняка. По предварительным расчетам  и опросным данным охотников при добыче петлей одного самца гибнет 3 – 4 самки.
Можно предположить, что в 1991 году при легальной заготовке 1263 струй (с учетом того, что в этот период до 90 % кабарги отлавливалось петлями) было добыто петлями около 4 тысяч животных. Принимался во внимание  высокий уровень нелегальной добычи.
Учитывая сложившуюся ситуацию с кабаргой, Постановлением Правительства Республики Бурятия от 06.01.97 г. № 3 установлен запрет добычи кабарги петельным способом. К 1998 – 1999 г.г. добыча кабарги была запрещена в 15 районах республики.
Анализ заготовок продукции кабаржиного промысла «струи»  показывает их снижение в 2 – 2,5 раза  в 1997 – 1998 г.г. в сравнении с 1989 – 1991 г.г., но  некоторое увеличение и стабилизацию на одном уровне в сравнении с 1993 – 1995 г.г.  Снижение  официальных заготовок «струи» может свидетельствовать как о снижении эффективности промысла в связи с низкой  численностью животных, так и об увеличении незаконной  реализации струй, скупающихся по более высоким ценам, чем в хозяйствах.
Освоение выданных лицензий на заготовку «струи» кабарги находится на высоком уровне: 90 % - 1997 г., 84 % - 1998 г.
Проблеме сохранения кабарги в Бурятии уделяется особое внимание. Приняты меры по контролю за использованием продукции от добычи кабарги – кабарговой струи. Во исполнение  Указа Президента Республики Бурятия от 14 августа 1995 г.  № 190 «Об укреплении государственной политики в системе  закупок и реализации продукции охотничьего хозяйства - дикой пушнины, кабарговой струи, медвежьей  желчи, пантов, другой продукции разработана специальная программа по проверке охотхозяйств, осуществляющих организацию добычи кабарги и заготовку кабарговой струи.

               Сибирский горный козел (Capra sibirica Meyer)

О сибирском горном козле Восточного Саяна распространенная ранее  в научной литературе точка зрения о мелких размерах тела, рогов и малом весе  зверей  (Цалкин, 1950) оказалась сильно преувеличена.
По результатам последних  исследований, приведенных Д.Г. Медведевым (1998) в Восточном Саяне в 1980-1990-х годах местные звери по размерам тела практически не отличаются от среднеазиатского подвида горного козла, а отдельные экземпляры даже превосходят его. Так, максимальная длина тела самцов, добытых в Тункинских гольцах достигала 176 см, а высота в холке 100 см. Рога зверей из Восточного Саяна, действительно короче, чем у тяньшанских, но не настолько как это считалось ранее. Д.К. Соловьев (1920), В.И. Цалкин (1950), а за ними многие исследователи утверждали, что длина рогов горных козлов из Алтая и Саян не превосходит 100 см, а вес 4-х пудов (72 кг.). Однако самцы, добываемые в указанные выше годы в Восточном Саяне, имели рога длиной до 113 – 115 см, а вес отдельных экземпляров достигал 120 кг. До 70 кг вес взрослых крупных самцов может опуститься после гона, когда рогачи «сбрасывают» до 40 % своей массы.
На территории Республики Бурятия сибирский горный козел обитает только в горах Восточного Саяна, населяя преимущественно  наиболее высокие горы с ярко выраженным альпийским рельефом (Тункинский, Окинский районы).
В Тункинском районе на территории Тункинского национального природного парка он населяет горный узел Мунку-Сардык (3491 м) и южную от водораздела часть хр.Тункинские гольцы, где распространен  от западного фаса указанного хребта до окрестностей пос. Аршан. Восточнее Аршана горных козлов нет.
В Окинском аймаке горный козел населяет северную часть хребта Тункинские Гольцы, Китойские Гольцы, на восток до впадения реки Китойкин в Китой. Это место также как и долгота Аршана в Тункинских гольцах является крайними восточными точками ареала козерога в России, расположенными несколько восточнее 1020 с.ш.
Юго-восточная граница ареала проходит по подножию хр. Тункинские Гольцы и реки Аерхан, берущей свое начало в массиве Мунку-Сардык. Южной границей ареала горного козла в Восточном Саяне является граница с Монголией.  Вдоль нее ареал козерога тянется далее от Мунку-Сардыка на запад вдоль хребта Пограничный, до слияния рек Билин и Таймас (Тува), оттуда Восточный Саян круто поворачивает на север. На указанном промежутке сибирский горный козел населяет верховья рек:  Жахой, Хоре, Диби, Забит и т.д.
После поворота Восточного Саяна на север тэки встречаются в верховьях рр. Тисса, Халгин, Шутхулай обитают в окрестностях оз.Хара Нур. Далее он встречается на хребте Кропоткина, в верховьях р.Хойто-Ока, на Окинском хребте. Здесь находятся самые северные и северо-западные части ареала козерога на территории Бурятии. Западная граница распространения козла в указанной республике местами совпадает с административной границей Тувы.
По сведениям  И.А.Опрышко (1975), горный козел не встречается в Даялыкских, Янхорских, Бельских гольцах. Однако в 1984 г. он был обнаружен Медведевым Д.Г. в начале Даялыкского хребта между истоками рек Онот и Даялык. Населяет он также верховья р.Урик, в частности многочисленен  на одном из его притоков реке Амбарта-гол.
И.А.Опрышко (1975) определил численность сибирского козла в восточной части Восточного Саяна в 800 – 900 голов, из них в Тункинских Гольцах до 280 голов.
М.Н.Смирнов (1988) оценивает ресурсы горных козлов в Бурятии в 800 – 1000 особей. По-видимому, эти данные несколько занижены. Дело в том, что при учетах горного козла необходимо учитывать  экологические условия существования, сезонные изменения в жизни животных, зимние концентрации, откочевки с заснеженной части гор на южные склоны, а в летнее время – рассеивание по территории (Медведев, Ермолин, 1989). По результатам учетов, выполненных в Тункинских гольцах, численность горных козлов здесь варьировала от 600 до 1200-1500 особей. В целом на  территории Бурятии обитает 2400-3000 козлов. Всего на территории Восточного Саяна около 4000 этих зверей.
В последние годы наметилось некоторое снижение численности горного козла, обусловленное увеличением пресса охоты местных жителей, а также хищничеством  снежного барса, всплеск численности которого отмечен в 1990-е годы, что было подтверждено находками следов жизнедеятельности, жертв  ирбиса, и останками снежных барсов, найденных в Бурятии (Медведев, 1988). Находки следов ирбиса были также зарегистрированы  на территории Иркутской области (Медведев, Аюпов, 1993).
Местами, в восточной части Восточного Саяна отмечается снижение показателя стадности в группах горных козлов. Подобные тенденции отмечает также местное население. Число зверей, встречаемых в одной группе, способно колебаться от 2-х –3-х до 100 и более. Среднее число зверей  в стаде 5-8 особей. Соотношение полов в группах тэков близко к показателю 1:1 с небольшим преобладанием самок.
Сибирский горный козел поедает широкий спектр  кормовых растений, состав которого зависит от растительных ассоциаций в местах его обитания в Восточном Саяне. Основное значение имеют представители семейства злаковых, осоковых, бобовых растений, немаловажное значение имеют листья карликовых ив и лишайники.
Лимитирующими факторами являются: браконьерская охота, деятельность геологических партий и горно-рудных предприятий. В 1990-х годах на популяцию горного козла в Восточном Саяне стал оказывать заметное влияние снежный барс.
Вид занесен в Красную Книгу Бурятии.



Крупные хищники


Нашими исследованиями были охвачены три вида крупных хищников: бурый медведь (Ursus arctos L.), волк (Canis lupus L.) и рысь (Felis lunx L.), обитающих в Бурятии  и отнесенных к объектам охоты.
По получаемой продукции при добыче вышеуказанных видов их можно отнести: рысь – к охотничьей пушнине, её шкурки достаточно высоко ценятся на международных аукционах; медведь, волк –  к прочей продукции охотничьего промысла -шкуры, используемые в основном  как охотничий трофей, частично (волк) для пошива меховых изделий.
Мы объединили их в группу «крупные хищники» не по получаемой от них продукции, а по их роли как хищников в системе биологического разнообразия исследуемого региона.
В последние тридцать лет проблеме крупных хищников и копытных посвящено огромное количество  исследований, что вызвано не только стремлением  объективно представить  эколого-экономическую роль  хищников, но и тем фактом, что крупные млекопитающие стали быстро уменьшаться  в числе, а в ряде мест и исчезать. Особенно большое внимание было уделено волку, которого в северном полушарии во многих местах истребили, не успев установить его исконную роль в биологических сообществах (Филонов, 1989).
Оценка охотничьей деятельности крупных хищников как основных врагов дичи не позволяет выработать  оптимальную стратегию к ним. Затруднено это и из-за того, что экология крупных хищников в отдельных районов, в частности Бурятии изучена недостаточно. В настоящем разделе в дополнение  к существующим исследованиям  предпринята попытка краткого анализа состояния ресурсов бурого медведя, волка, рыси, их место в системе охотничьего хозяйства Бурятии и их влияние на популяции диких копытных.


                  Рысь (Felis lunx L.)

Состояние местообитаний вида в регионе можно считать удовлетворительным; наиболее типичные ландшафты, где держится  в настоящее время рысь: горная, сосновая и лиственничная лесостепи, чистые и смешанные леса, низкогорья по склонам  разной крутизны  и  экспозиции, иногда разреженные вырубками и гари, где поднимаются молодняки осины и березы.
Площадь ареала составляет 15000 – 18000 тыс.га. Размещение населения рыси неравномерное.
Многообразие природных условий республики  определяет неодинаковые условия обитания рыси. Основываясь на материалах зимнего маршрутного учета (1987 – 1995 г.г.) во всех районах Бурятии, мы рассчитали среднемноголетние показатели  встречаемости следов рыси на 10 км. маршрута, сгруппировав  их по четырем природным районам, выделявшимся специфичностью природных условий  (Смирнов, Носков, 1998 ).
                          

Среднемноголетняя   встречаемость свежих следов рыси по природным районам Бурятии (1987 – 1995 г.г.)

Периоды    Природные районы
    Селенгинское среднегорье   Витимское плоскогорье     Восточный Саян    Прибайкалье
                          1    2    1    2    1    2    1    2
1987 – 1990     11305    0,54    4974    0,33    1820    0,29    15947    0,27
1991 - 1995    7975    0,50    4072    0,26    890    0,20    10752    0,14

1 -  общая протяженность учетных маршрутов (км.)
2 – показатель встречаемости особей на 10 км. маршрута.

Рысь в Забайкалье искони была объектом промысла. Н.С. Щукин (1847) писал, что шкуры ее «в хорошей цене». Сведения об отстреле рыси в Х1Х – начале ХХ вв. немногочисленны. Н.В.Кириллов (1901) сообщал, что в 1895 г. орочены Баунтовской управы (ныне Баунтовский район) убили 63 рыси, а в 1908-11г.г., по сведениям Л.Д.Лежнина (1922), здесь добывалось в среднем лишь 10 (от 7 до 13) зверей в год. По данным того же автора, в Забайкальской области, которая включала современную территорию Бурятии и Читинской области, в 1911 г. добыча рыси составляла  412 шт., в 1912 г. – 1535 шт., в 1913 г. -  479 шт., в 1914 – 325 шт. Известно также, что в соседней Монголии  цифры закупок шкурок рыси в 1927 – 30 г.г. были в 5-8 раз больше, чем в 1931-40 г.г., колебались в первом периоде от 200 до 800 шт., а во втором – от 40 до 100 шт. /Банников, 1954/.  Приблизительно та же тенденция прослеживалась в Бурятии, где наивысшие цифры заготовок были в 1929 и 1930 г.г. По-видимому,  это были годы высокой численности зверя. Они совпадали с начавшимся периодом ухудшения  экологических условий обитания хищника (с глубокоснежными зимами), что послужило причиной  движения рыси на юг, в лесостепье. В середине 1930-х г.г. наблюдалось уменьшение размера заготовок, минимум пришелся на начало 1940-х г.г. Заметный рост поступления шкурок рыси в заготовительные организации происходил начиная с 1945 г. и затем был достаточно высоким вплоть до 1957 г. Это совпадало с подъемом численности рыси в 1950-60 г.г. по всей Южной Сибири (Смирнов, 1994). Небольшой спад закупок шкур рыси наблюдался  в 1958-59 г.г., а следующий подъем начался в 1960 г. В 1961-64 г.г. во многих районах наблюдались рекордные размеры заготовок ее шкурок. Так, в Закаменском районе в 1961 г. было закуплено 35, в 1962 г.-42 шкурки, в  Торейском районе в 1961 – 36 шкурок, в Баунтовском – в 1962 г. – 104 шт., в 1963 г. – 116 шт., в Еравнинском – в 1963 г. – 88 шт., в 1964 г. – 73 шт. За предыдущие 20 лет такого высокого уровня поступления этой продукции в заготовки большинства районов республики не наблюдалось. В дальнейшем закупки шкурок рыси резко колебались. Приблизительно до начала 1970-х г.г. они довольно верно отражали объем отстрела и уровень численности вида. В дальнейшем из-за большого количества «оседавших» у охотников шкурок, количество сданной на приемные пункты пушнины стало лишь весьма ориентировочно демонстрировать тенденции изменений численности вида и размеры изъятия из природных популяций. Резкий скачок заготовок  в 1983-88 г.г. во многом связан  со значительным увеличением государственных заготовительных цен на пушнину.
Колебания величины закупок шкурок зайца-беляка совпадали в основном с таковыми  шкурок рыси, иногда несколько предваряя их по проявлению «пиковых» значений. В последние годы единая система учета закупаемой пушной продукции еще более разрегулировалась, чему виной коммерциализация  природопользования. Возникает серьезная опасность подрыва ресурсов рыси в связи с большим рыночным спросом на ее шкурки (Смирнов, 1994 ).
В настоящее время  из 22 имеющихся в республике заказников, в 13 (59,1 %) рысь обитает постоянно, в 5 (22,7 %) бывает заходами и в 4 (18,2 %) – отсутствует. На наш взгляд, при все большем возрастании, в последние годы, охотничьего преследования рыси, роль особо охраняемых природных территорий в сохранении вида, в том числе и заповедников Джергинского и Байкальского, будет усиливаться.
Основные приемы добывания рыси в регионе прежде сводились к заганиванию  собаками и капканному лову. В последние десятилетия  довольно широко применяются петли из тросика.  Они ставятся на тропах, в том числе – заячьих.
В самые последние годы, с появлением множества мелких семейно-общинных общественных объединений, получило весьма заметное развитие верховое преследование рыси собаками и без них, при этом результативность добывания ее сильно возрастает. На свободных угодьях охотники преследуют рысь при любой возможности.
Кроме охоты, отрицательное влияние на популяции  рыси оказывает уничтожение ее биотопов: вырубка леса в лесостепных и в лесопольных районах, раскорчевка под распашку ерников – одного из основных мест охоты рыси на зайца-беляка. Это губительное воздействие особенно выражено в зоне активного земледелия, по большей части, в бассейне р.Селенги (Носков, 1977 ).


                   Медведь (Ursus arctos L.)

Бурый медведь  населяет почти всю лесную площадь республики, но особенно горные хребты с поясом кедровников и зарослей кедрового стланика. Зверь отсутствует в степях и антропогенных ландшафтах, а также в островных  сосняках  междуречья Селенга-Чикой и в дельте р.Селенга. На хребте Заганском и в западной части хребта Цаган-Дабан медведь истреблен в конце 40-х годов ХХ века и сейчас бывает лишь заходами.
Малочислен медведь по южной границе республики на хребтах Малый Хамар-Дабан и Джидинский. Многочислен по берегам оз.Байкал: на территории Баргузинского и Байкальского заповедников, на Байкальском хребте,  полуострове Святой Нос, в пределах Станового нагорья.
Хребты Икатский, Яблоновый, Малханский, Улан-Бургасы, Восточный Саян, Витимское плоскогорье  медведи заселяют  спорадически  (Смирнов и др., 1985; Смирнов и другие, 1987; Носков, 1987)
Горизонтальные и вертикальные  перемещения медведя связаны с кормовыми особенностями отдельных биотопов, фенологическими явлениями и климатическими условиями года. Биоценологические связи медведя очень сложны и многообразны. В список кормов медведя  по последним исследованиям входит около 50 видов растений, более 30 видов животных ( Гусев, 1960, Смирнов и др., 1987), а также практически все домашние  животные  и человек, которого  некоторые звери, как правило, матерые,  считают потенциальной  добычей. В Бурятии нападения на людей регистрируются почти ежегодно (свыше 30 случаев с 1960 по 1983г.г.)
Избегая в нормальные  по  кормообеспечености  годы, поселений человека и ландшафтов, значительно измененных им, при катастрофических неурожаях основных растительных кормов медведи могут появляться всюду, в том числе и на улицах деревень. Шатание медведей в Бурятии всегда сопровождается усилением  хищнической  деятельностью зверей.
В конце прошлого века в Забайкалье массовое шатание медведей наблюдалось в 1881 году, о чем сообщала газета «Восточное обозрение» в № 43 и 45 за 1891г. Затем с необычайной силой это явление повторилось через 70 лет в 1960-1962г.г. Между этими периодами шатуны отмечались в 1943 и 1948 г.г. Шатание медведей в 60-х годах ХХ в. носило характер настоящего стихийного бедствия, причинность которого раскрыта не до конца и, возможно, заключается не только в недостатке кормов. По представлению госохотинспекции Совет Министров Бурятской АССР 29 сентября 1962 г. принял специальное постановление «О борьбе с медведем». В результате принятых мер только в IV  квартале 1962 г. было уничтожено 386, за  весь год 444 медведя.  (С 1926 г. по 1959 г. легально по республике в среднем за год заготавливалось  92 медвежьи шкуры. (Смирнов и др., 1987г.)
Плотность медведя в Бурятии  колеблется от 0,04 до 0,6 на 10 км2 в Байкальском и Баргузинском заповедниках она выше  - 0,7  - 0,8 (Коротаев, 1981, Черникин, 1978)., общая численность 1,8 – 2,0 тыс. особей.
По данным Бурятского охотуправления в 1961 г. общее количество медведей  в  республике достигало  3 тыс. особей. Бескормица,  сопровождавшаяся повышенной смертностью, массовый отстрел привели к тому, что в 1963 году медведей в Бурятии, по  мнению специалистов, осталось около 500 особей. С конца 1970-х годов прослеживается определенная тенденция увеличения численности зверей, что отчасти объясняется некоторым ослаблением воздействия охоты, а также относительно благоприятной ситуацией с кормами. Данные заготовок медвежьих шкур до 1973 года свидетельствуют об общем, в последние 30 лет, спаде поступления этого вида продукции в заготовительную сеть республики.
Из-за низкой заготовительной цены и растущей сувенирной  ценности и коммерческой цены сейчас медвежьи шкуры в основном оседают у охотников. В настоящее время число заготавливаемых шкур в 20-30 раз меньше количества добываемых медведей. Легально ресурсы медведя не осваиваются. Но в ряде районов (Бичурский, Джидинский, Закаменский, Заиграевский, Прибайкальский) доля добываемых зверей может превышать 20 % от их численности (Смирнов, 1978).

            Заготовка медвежьих шкур в Республике Бурятия
            1926-1999 г.г. (шт.)

Период           Заготовлено шкур     Минимум     Максимум
                             в среднем за год
1926 – 1935    137,4    20    297
1936 – 1945    61,4    21    101
1946 – 1955    76,3    43    109
1956 – 1965    82,8    26    176
1966 – 1975    6,8    2    10
1976 - 1980    12,8    5    23
1981 – 1985    Нет данных
1986 – 1990    98,6    44    139
1991 – 1995    98    115    197
1994 - 1996    Запрет охоты
1997 – 2001    27    2    66
2002-2004    68    48    84

Охота на медведя в Бурятии разрешается с 15 августа по 1 марта. Учитывая особенности традиционной охоты на медведя весной  -  с подхода на  убурах, елаканах  и  остепненных участках, в Бурятии установлены дополнительные сроки охоты – с  15 апреля по 30 мая.
Весенняя охота, как наиболее результативная и предпочтительная, дает возможность более рационально использовать запасы медведя, проводить  селекционную охоту, позволяющую в первую очередь отстреливать наиболее агрессивных старых крупных зверей – одиночек.
Перспективно развитие охотничьего туризма с участием иностранных и отечественных охотников.

                        
                      Волк (Canis lupus L.)

Обитает почти по всей территории Бурятии. Наиболее многочислен в Восточном Саяне, на Витимском плоскогорье, менее в районах Прибайкалья.
Общая численность волка по данным ЗМУ колеблется до 2000 особей с плотностью  до 0,12 особей на 1000 га.
На протяжении 50 лет добыча волка в Бурятии  подвергалась значительным колебаниям. К началу тридцатых годов заготовки его шкур с 584 (в 1925 г.) снизилась до 200. В дальнейшем, начиная с 1930 г., число отстрелянных хищников, с небольшими колебаниями, возрастало и достигло в 1937 году 1672 шт. - пик заготовок.
В годы Великой Отечественной Войны  интенсивность истребления волков была ослаблена. В среднем ежегодно добывали до 500 зверей. После войны борьба с волком усилилась. Уже в 1946 г. в республике было уничтожено 1035 хищников. Заметное снижение заготовок  волка происходит в конце 60-х и 70-х годов. Так, в 1957 г. было добыто 863 волка, а через 10 лет, в 1967 г. – 253. В дальнейшем добыча волка стабилизировалась, и ее уровень в 250-300 особей оставался до конца  80-х годов.
С 1990 года численность волка вновь возрастает. Основные причины:  социально-экономическая обстановка  в России, резкое снижение добычи в связи с прекращением выплаты премий и вознаграждений (Носков, 1979, 1980, 1985).
При довольно широком аспекте питания волка его главными кормами в Бурятии остаются копытные: изюбрь, косуля, лось, кабан, северный олень, а из домашних – овца, лошадь, крупный рогатый скот, свинья и др.
Так, по данным М.А.Лавова (1972) на Витимском плоскогорье только осенью волки уничтожают до 30 % поголовья косули и до 18 % изюбриного  стада,  а  в  отдельных  районах  гибель  изюбря  достигает  20-22 %.
По материалам внутрихозяйственного устройства, проводимого Западносибирской охотустроительной экспедицией в 1971 – 1972 г.г. в Восточных Саянах (Окинский район) годовой отход диких копытных от волка составлял 8 – 10 %.
Косуль волки истребляют  много и  круглый год. На Витимском плоскогорье они уничтожают примерно 30 % осеннего стада (Комаров, Лавов, 1968 ). В Западном Забайкалье влияние волков на косулю небольшое. На кабана волки существенно влияют у северного предела его распространения (Смирнов, 1978).
По нашим наблюдениям исключительно дикими копытными волки питаются по долинам рек Светлой, Баргузин и их притоков, верховий рек Чаи, Правой Мамы, по рекам Зазе, Кыдымиту, Конде. Значительный ущерб диким копытным волки наносят по долинам рек Снежная, Темник, Джида, ряде других мест концентрации копытных.
Для Бурятии характерны миграции волка из Монголии.
Основными способами охоты волка на благородного оленя в зимнее время являются выгон жертвы  на лед речек и заганивание  на «отстой».Так, из 20 маралов, найденных нами в разных районах республики с 1984 по 1989 г.г. – 8(40%) добыто на льду, 9 (45%) – у «отстоев». Отмечено, что в условиях резко расчлененного  рельефа  со скалами и крутыми обрывами жертвой волка становятся животные любого пола и возраста. В 1979 году нами при проведении ЗМУ на территории Витимского коопзверопромхоза  на маршруте 148 км. найдено 100 остатков косули и 3 лося задранных волками.
По данным А.В.Комарова  и М.А.Лавова (1968), взрослые лоси редко становятся добычей волка. Молодняк же более подвержен  воздействию этого хищника, что влияет на слабый  прирост численности лося.
Однако ряд наших наблюдений и опросные сведения показывают, что 2-3 волка способны  убить взрослого лося, изматывая его или загоняя в россыпи.  Так, в феврале 1978 года  нами при проведении авиаучетных работ на 30-километровом отрезке в долине р.Актрагда Баунтовского  района найдено 5 остатков лосей (из них 3 взрослых быка), задранных волками.
Ощутимый вред волки наносят популяции северного оленя. По нашим наблюдениям численность волков в районе концентрации оленей в Северобайкальском районе, велика. Добывают они оленей на наледях и в местах отела.
Значительным остается ущерб, наносимый волком общественному  животноводству Бурятии.
Однако необходимо отметить, что несмотря на то, что данные об ущербе, наносимым волками домашним животным  Бурятии предоставляются  в Минсельхозпрод  и управление охоты за подписью районных охотоведов  и руководителей управлений сельским хозяйством районов, полной достоверностью эти данные обладать не могут, поскольку известны случаи отнесения фактов бесхозяйственности на счет волков, особенно это касается домашних животных, принадлежащих колхозам, совхозам.
Из способов добычи волков в республике на первом месте стоит ружейная охота, затем применение  фторацетата бария и  на третьем – отлов хищников капканами. Так, например, в 1970 по 1977 г.г. из общего числа добытых волков (2420) – 48 % отстрелено, 28,5 % добыто с применением фторацетата  бария, 15,2 % - на логовах и 8,3 % отловлено капканами. В шестидесятые и после семидесятых годов на логовах ежегодно добывали в среднем 80-90 зверей, а уже к 1977 г. их добыча сократилась до 14-20 шт.
Фторацетат бария начал применяться в республике с 1957 года. В настоящее время, в связи с проблемами гуманизации добычи охотничьих животных этот способ должен быть постепенно исключен из методов борьбы с хищником.
Учитывая, что влияние волка на охотничье хозяйство и общественное животноводство Бурятии остается значительным, постановка вопроса о сохранении определенной части его поголовья пока лишена основания.
  


Пернатая дичь


Являясь массовыми объектами охотничьего промысла водоплавающие птицы на протяжении многих десятилетий находились под пристальным вниманием ученых и практиков. В современных социально-экономических условиях водоплавающие птицы как особый мигрирующий биологический ресурс, оказались в крайне уязвимом положении. В России прекратила существование единая система  учета, разрушена координация по корректировке сроков  и норм отстрела, отсутствует общая стратегия воспроизводственных мероприятий. Многие водно-болотные угодья утратили свои былые  экологические качества, снизилась их продуктивность по охотничьим животным, привлекательность для отдыха, вода во многих водоемах стала непригодной даже для технических нужд. Вместе с тем роль водно-болотных угодий во всем мире расценивается  как основа качества жизни, а часто и как основа самого существования народов той или иной страны – и они признаны как важнейшее звено экологических и экономических систем государства (Кривенко, Флинт, 1997; Флинт, Кривенко, 1999).
Основным механизмом охраны водно-болотных угодий в настоящее время является международная конвенция по охране водно-болотных и имеющих  международное значение главным образом в качестве местообитаний  водоплавающих птиц (Рамсарская в 1971 году). Россия  (в составе СССР) присоединилась к Рамсарской конвенции в 1975 году. В то время угодьями международного значения были объявлены 13 районов. Потребовались большие усилия, чтобы в 1994 году специальным Постановлением Правительства России (№ 1050 от 13.09.94) международный статус был подтвержден для трех существовавших ранее и предан еще 32 участкам.
Общее количество водно-болотных угодий международного значения России достигло 35, а их площадь 10,7 млн.га (Водно-болотные угодья России т.1.998).
В список водно-болотных угодий России, на территории Бурятии, вошла дельта р.Селенги.
Из боровой дичи, в Бурятии  к охотничьим видам относятся представители семейства тетеревиных  (глухарь – обыкновенный и каменный, тетерев, рябчик, даурская куропатка, белая куропатка) они же имеют и наибольшее значение как промысловый, так и спортивный объект охоты.

                    Водоплавающая дичь

Из 29 видов водоплавающих, зарегистрированных  на Байкале, постоянно встречается в трофеях охотников 19 видов. Чирок-свистунок, кряква и шилохвость дают более половины всей добываемой продукции (51,5 %), гоголь, широконоска, касатка и чирок-трескунок – 31,6 %, остальные 12 видов – только 16,9 %.
По группам водоплавающих дичь распределяется следующим образом: речные утки – 81,6 %, нырки – 13, крохали – 4,1 %, гуси – 1,1 %, прочие – 0,2 %. Общее число добываемых птиц в 1970 - 1980-е годы достигало ежегодно 100 тысяч уток и 600-650 гусей (Скрябин, 1975).
В Бурятии насчитывается более 25 тыс. рек и речек общей длиной 125 тыс. км, 18 тыс. 469 озер общей площадью зеркала  1292 км2, 8 крупных заболоченных участков общей площадью около 330 тыс.га. Все они в определенной степени являются средой обитания водоплавающих птиц.
Основные места охоты на водоплавающую дичь в Бурятии: дельта р.Селенга, устье Верхней Ангары и Кичеры,  долина  реки Баргузин.
Площадь водно-болотных угодий в дельте р.Селенги составляет 45 тыс.га. Это прибрежные мелководья Байкала, мелководные озера и соры, лугово-болотные, травянистые сообщества, кустарники и луга вдоль проток и стариц. Место массовых скоплений водоплавающих птиц в период размножения, линьки и сезонных миграций.
С учетом  оставленных подранков, доля  которых составляет 23-35 % от числа сбитых уток, современные потери популяций водоплавающих в результате охоты на Байкале оценены примерно в 80,0 тыс. птиц ежегодно. Около 60 % этого количества приходится на дельту р.Селенги ( Подковыров, 1997).
Количество добытых уток по данным отчетов охотничьих хозяйств Бурятии значительно ниже. Необходимо отметить, что данные охотничьих хозяйств не отражают реальные объемы отстрела дичи из-за несовершенства информационной системы  и  недобросовестности  хозяйств  в сборе данных по результатам отстрела.
Анализ данных последних лет показывает как снижение численности водоплавающих птиц и в частности гусей на пролете, так и снижение их добычи .
Изменение численности гусей на пролете можно проследить также по материалам Н.Г. Скрябина (1975) по дельте р.Селенга. В предвоенные годы и первое время после войны в районе добывали 5000 гусей. В начале 60 годов каждую весну добывалось 3000 – 5000 гусей, а  в  начале 70-х годов – 500.
В 1999 году охота на гуся в Бурятии была запрещена вообще.
Снижение численности водоплавающих птиц в последние 15 лет происходило на фоне сокращения площади гнездоугодий и неумеренного  отстрела.
Ощутимый вред водоплавающим птицам наносят: колонок, лисица, бродячие собаки. Один из наиболее существенных факторов беспокойства для птиц является пасущийся в дельте р.Селенга скот.
Серебристая чайка также наносит водоплавающей дичи ощутимый вред (Носков, Некрасов, 1979, Подковыров, 1997)
Водоплавающая дичь взята под охрану  в ряде государственных охотничьих заказников, таких как: Верхне-Ангарский, Боргойский, Кабанский, Тугнуйский, организованных во исполнение международных конвенций по охране перелетных птиц и среды их обитания.

        
                  Боровая дичь

К группе боровой дичи в Бурятии относятся: обыкновенный и каменный глухари, рябчик, тетерев, даурская куропатка, белая куропатка. Запасы этой группы охотничьих птиц по данным ЗМУ 1999 года оценивается: глухари – 53,4 тыс. особей, тетерев – 47,5, рябчик – 353,3, белая куропатка – 71,9, даурская куропатка – 93,3.
В последние годы отмечается тенденция роста численности глухарей, тетерева и даурской куропатки. В 1970 – 1985 г.г. заготовки боровой дичи в сумме в среднем по республике составили 12 тыс. В  урожайные годы они достигали от 30 до 60 тыс. пар. С 1990 года в заготовки боровая дичь не поступает и является только объектом любительской охоты.

Назад в раздел






СПРАВОЧНАЯ СЛУЖБА

Национальная библиотека Республики Бурятия

Научно-практический журнал Библиопанорама

Охрана озера Байкал 
Росгеолфонд. Сибирское отделение   
Туризм и отдых в Бурятии 
Официальный портал органов государственной власти Республики Бурятия 





Copyright 2006, Национальная библиотека Республики Бурятия
Информационный портал - Байкал-Lake